Я отсчитала десять ступеней и плюхнулась примерно в середину всей конструкции. Даша любезно уселась рядом. Остальные студенты медленно, но верно подтягивались к столам, и рассаживались кто куда. Но самое странное, что их количество было в разы превышающее те фамилии, скольких я насчитала на листе зачисленных.
− Почему их так много? – вырвалось у меня, когда я уставилась взглядом на дверь, а нескончаемый поток все прибывал.
− Что? – отвлеклась Даша, до этого момента с интересом разглядывавшая пришедших.
− Студентов. Их так много.
Краем глаза я заметила, как Даша вновь на кого-то оглянулась.
− О, − театрально произнесла она, − это еще не много. Я уверена, что большинство отсутствуют. Финансовый менеджмент не всем нравится.
Финансовый менеджмент. Даже я не обратила внимания на название предмета, что красовался рядом с именами зачисленных студентов, просто как робот шла на выполнение миссии.
Я вопросительно изогнула бровь: если это большинство, то, что говорить, когда аудитория полна?
А когда Даша произнесла фразу, от которой я удивилась не меньше, чем от того, что встретила ее в коридоре, то картинка потихоньку стала складываться в пазл:
− Так что предмет моего отца не особо пользуется спросом.
Я знала, что ее отец был профессором, но не думала, что именно в этом университете. Неужели мой отец нарочно отправил меня сюда, и подкупил Дашу поступить со мной на один поток, чтобы я осталась в университете? Если да, то с годами, общество Инессы, определенно не пошло ему на пользу, он стал еще хитрее, чем я думала.
К тому же разве я не на гостиничном потоке? О каких финансах может идти речь? Это больше стезя Милявского.
Прозвенел звонок, я вздрогнула, он ничем не отличался от типичного школьного звонка, такой же резкий, невыносимо режущий слух и способный разбудить даже мертвого.
Никогда не думала, что вернусь на занятия. Так скоро.
Студенты гудели, оглядывались друг на друга, я заметила, как неподалеку от нас уселся какой-то парень, блондин – вид у него был болезненный, бледный, темные круги под глазами, волосы взъерошенные. Он высокомерно взглянул сначала на Дашу, после на меня и поджал и без того тонкие губы, взгляд его зеленых глаз сверлил меня холодной ненавистью. Затем отвернулся.
− Странный чувак, − шепнула Даша одними губами.
И тут, я снова взглянула на дверь, она распахнулась и в дверях показалась подкаченная фигура, которую я точно не ожидала здесь увидеть. Мой желудок сжался в тугой узел, а дыхание замерло. Придерживая кожаную куртку в руках, темная копна волос Милявского гордой походкой медленно продвигалась к столам. Завидев меня, его губы расплылись в улыбке, он расположился на два ряда ниже моего.
Худшее, чего я опасалась, все-таки исполнилось.
− Не может быть, − только и произнесла я.
− Вы знакомы? – тут же спохватилась Даша. Я оглянулась, глаза подруги искрили недобрым огоньком.
Неужели он специально поступил на гостиничное дело?
− Что? – я попыталась увильнуть от ответа – сверлила взглядом широкую спину Милявского.
− Или он тебе просто понравился? – не унималась Даша.
Понравился. Очень. Еще два года назад.
− Тот гад мой сводный брат,− с наигранной неприязнью ответила я. Лучше пусть думает, что я его терпеть не могла.
− Серьёзно? – Даша поддалась вперед. И я вспомнила, что она, хоть и слышала о нем, но никогда прежде его не видела, − такой красавчик? – с воодушевлением проговорила она, - ты должна нас познакомить.
Я нервно сглотнула. Еще чего не хватало, чтобы она стала той, кто будет висеть у него шее. Я знала Дашу, она была из тех, кто никогда не упустит ни одного красивого парня. И краем глаза, заметила, как блондин с нашего ряда, тоже впился взглядом в спину Милявского.
Все-таки он странный.
− Мы не общаемся, − тут я не солгала − наши претензии друг другу сложно назвать общением.
− Но вы живете в одной квартире, − Даша откинулась назад и скрестила руки.
− Отец так пожелал,− сокрушенно ответила я, пытаясь показать, как мне неприятна тема разговора Милявского.
Если с годами Даша не потеряла хватки, то по моим расчетам она должна была перестать задавать раздражающие вопросы.
С минуту, так и случилось – она больше о нем не спросила.
Но когда мгновение спустя, она вновь открыла рот, дверь в аудиторию распахнулась, и вошел профессор в сером костюме − тройке. Блондин с проседью в волосах, и лицом с квадратным подбородком. Даша казалась его миниатюрной копией.
Он всех нас оглядел, подошел к доске и принялся на ней что-то выводить. А когда отошел, всей аудитории тот час стало известно его имя «Игорь Николаевич Никифоров». И значило это только одно – нас ждала такая же вводная лекция, как и в школе, вводные уроки. Вот и закончились отличия между учебными заведениями.