Отец мельком взглянул на меня.
Сложно сказать, как прошел первый день. Объявилась бывшая девушка Виталия, и по совместительству бывшая подстилка Лоренса. Виталий загремел в какую-то стычку, и я даже не знала, что во всем этом было хуже.
− Обычно. Как и всегда, − Милявский стоял позади меня, − я затылком ощутила его пристальный взгляд. А обернувшись, заметила, как он спокойно пожал плечами.
Я подумала о том, знал ли он о Карской? Может он даже не видел ее, а ушел из столовой раньше, чем она появилась?
И только через минуту поняла, что Виталий до сих пор не проронил ни слова с момента нашего возвращения домой.
− А у тебя? − отец посмотрел на меня. В его глазах мелькнуло недоверие.
Я прошла мимо кухни, оттуда донесся стук ложки о фарфоровую чашку.
− Уныло.
− Учеба и не должна быть веселой, − Инесса выглянула из-за наличника двери. Её темные волосы, как и утром, были собраны на затылке. - Если серьезно не относится к ней сейчас, кончится тем, что не сможешь регулировать конфликты в будущем. Даже с собственным женихом, − а после тихо добавила. − Как Мирослава.
Я рефлекторно нахмурилась и скрестила руки. Что Инессе было известно о том, как Мира вела дела? Отец ее фактически продал за какие-то акции, так что она не обязывалась ради него делать что-то хорошее. И то, что сестра пыталась спасти бизнес отца, было всего лишь долгом чести. Но не её обязанностью.
− В чем дело? − ловко вступился Виталий, молниеносно глядя сначала на меня, после − на мать. Видимо, он ощутил, что в комнате повисло напряжение.
− Лоренс совсем спятил. Хочет продать акции и Мирослава не может его остановить.
Инесса вышла в гостиную, неся фарфоровую чашку в руках. Она подала ее отцу и села рядом с ним. Отец положил чашку на стол.
− Если так и дальше пойдет, нужно будет уехать во Францию, − безрадостно заметил он.
− Ты только приехал. А уже отъезд, − заботливо ответила Инесса.
Я хмыкнула. Такова участь бизнесмена. Но значило ли это, что отец действительно вознамерился уехать? Если да, то когда?
Внезапно сверху раздался телефонный звонок. Отец подскочил на ноги и в считанные секунды испарился на второй этаж. Виталий проводил его отсутствующим взглядом.
− Мне нужно идти, заданий много, − Виталий обошел меня и, не оглядываясь, скрылся в комнате, негромко хлопнув дверью.
Я едва сделала шаг, чтобы двинуться в свою спальню, как вдруг, из-за спины послышался озадаченный голос Инессы:
− У вас все хорошо?
Я обернулась. У нас? Нет никаких мы. К сожалению.
− В университете, − прояснила она.
Я кивнула.
Не думаю, что рассказать о сегодняшней стычке − разумно. Это дело Виталия. Если он пожелает сам расскажет.
− Тоже пойду. Спокойной ночи.
Когда я зашла в комнату, то рефлекторно включила свет. Сбросила рюкзак, стянула куртку, переоделась, и плюхнулась на кровать и уставилась в потолок.
− Этот Лоренс скоро с ума меня сведёт, − донеслось откуда-то с коридора раздражение отца. − Сосунок. Если бы не деньги отца, он бы был никем.
− Кто звонил? − вкрадчиво отозвалась Инесса.
− Гонсалес, − голос отца был встревожен. Но больше он ничего не сказал.
Если Гонсалес потерял счет времени и звонил сейчас, в конце рабочего дня, дело действительно не терпело отлагательств. Кажется, Мира действительно не справлялась.
Когда телевизор в гостиной стих, а свет выключился, на потолке моей спальни послышались шаги, я перевернулась на бок. Меня занимали мысли о Милявском. Было любопытно, кто был тот блондин, Максим. И что между ними произошло. Они выглядели так, точно знали друг друга давно. А если вспомнить, как Кира разговаривала с Полиной, то сразу становилось понятно, что они все из одной компании.
Я встала и вышла из комнаты, поняла, что не смогу уснуть − мне хотелось найти ответы на вопросы. А дать их мог только Милявский.
Подходя ближе к комнате Миры, я чувствовала, как у меня колотилось сердце.
Недолго постояла. Я думала постучать, но в последний момент тихонько приоткрыла дверь.
В комнате царил непроглядный мрак. Я зашла и с трудом в темноте разглядела очертания Виталия, − он сидел на кровати и смотрел в стену. Запах морского бриза парил в комнате, но давнее присутствие Миры еще ощущалось.
− Не спишь?
Он вздрогнул. Я подошла ближе и села на край кровати.
− Чего тебе? − его голос был холоден, как сталь, я чувствовала, что он даже не обернулся на меня.
− Зашла проведать, − я хмыкнула. Было не совсем понятно, почему он взъелся на меня, словно я ему что-то сделала.