— Спасибо, – отложив всё на тумбу около входа, шагнула к магу и обняла его.
— Не за что, Кир, мы одна команда, – он обнял меня в ответ и поцеловал в макушку.
Расцепив объятья, я подождала, пока Мудров разденется и зайдёт в гостиную. Цепкий взгляд мага указал на разбросанные на столе растения.
— Это те цветы? Я их посмотрю, хорошо?
— Да, конечно.
Аккуратно взяв цветок, оперативник мягко разломал стебель растения.
— Пахнет мхом и формалином. Запах, как из морга. Специфический очень, – он сел на диван. – Цветок такой же, как и та ромашка, которая у тебя была в доме Тёмы. Холодная, отражение Сенсума.
— Да, я это тоже почувствовала. Такой же цветок был на поляне с фавном и феей... И я не хочу думать о самом страшном.
— Этого не произойдёт, Кир, – Максим поднялся и, подойдя ко мне, мягко обнял за плечи, смотря в глаза. Зеленовато-серые глаза смотрели с уверенностью и стойкостью. – Ты не станешь одной из них.
— Мне страшно, что кто-то из нас всех может стать его очередной жертвой, Максим. Ты, Милана, Андрей, Тёма или его семья. На Тёмушку он уже напал, что ему помешает напасть на тебя, допустим?
Мудров кивнул и мягко сжал мои плечи:
— Значит, нужно сломать сценарий, Кир. Держаться вместе, держать связь.
— Как? – я поджала губы. – Как это сделать, а?
— Предлагаю перебраться ко мне в гостиницу, – настойчиво сказал маг. – Это будет безопасно для нас. С двумя справиться сложнее, чем с одной.
— Нужно предупредить Андрея и Милану, чтобы тоже, наверное, перебрались к гостиницу. Алисе Сергеевне сообщить. Да. Так и сделаю.
— Отлично, – Мудров улыбнулся и поцеловал меня в макушку. – Давай сейчас попьём чай, а потом соберёшь вещи хотя бы на пару дней. И возьмём пару цветов с собой. Есть свободная банка?
— Да, на кухне. Пойдём.
Уже на кухне сначала заварив Максиму чай, я, забравшись на стул, начала искать банки подходящего размера.
Я никогда не подозревала, что у меня хранится столько разных баночек и склянок в шкафчиках, до которых практически недотягивалась за ненадобностью.
От поисков банки меня отвлёк голос москвича:
— У тебя книги на кухне? – удивился Максим, рассматривая одну из полок. – Необычно. Даже русская классика есть?
— Это то, что я не очень люблю читать. У нас в классике какая-то национальная идея – страдать, брать на себя вину за всё, что угодно, – я улыбнулась, нащупывая на дальней полке банку. – О, нашла.
— Ничего себе, у тебя есть сборник Пушкина в четырёх томах? – изумился оперативник, пока я пыталась вытащить банку и не разбить ничего.
— Да, от бабушки досталось. Если хочешь – посмотри. Советские книжки.
Послышалось шуршание, громкий пронзительный птичий писк, а потом грохот.
— Что за? – я пошатнулась на стуле и спрыгнула на пол, смотря на то, как по кухне мечется серая неясыть, Максим держится за голову и, улыбаясь, морщится. – Максим.
Метнувшись к холодильнику, вытащила оттуда первую попавшуюся заморозку и протянула её оперативнику, который откровенно начал смеяться:
— «Мёртвые души»? – он со смешком потёр затылок, прикладывая к ушибленному месту холодный продукт. – Ты не говорила, что у тебя сова.
— Я сама не знала! Может, залетела через окно? Чёрт, куда она делась?
— Я поймаю её, – успокоил меня Мудров, уходя в коридор за своей курткой.
Выругавшись, я тоже направилась в гостиную, чтобы там взять плед.
Ловля дикой совы – это аттракцион. Пернатое создание яростно отбивалось от нас, кидалось в лицо, клевалось, мне она порвала кожу на руке, Максиму пробила палец. Но в итоге нам удалось остановить рыжую бестию, метавшуюся по кухне и сносящую всё на своём пути.
Лесная гостья была выпущена на улицу только после осмотра рыжей леди или джентльмена. На вид, сова была целая и невредимая.
— Если сова злобна, агрессивна и пытается вас убить – с совой всё отлично, – вынес вердикт Максим. – Вовремя мы её на улицу выпустили, пока она на себя дом не переписала.
— Это точно, – я рассмеялась и, достав домашнюю аптечку, начала обрабатывать наши раны. Первым на лечении попал Мудров. – Спасибо, Максим. Не знаю, откуда она могла здесь взяться.
— Ну так ты живёшь рядом с лесом, могла полететь на тепло, – маг пожал плечами. – Я не очень хорошо знаком с поведением птиц.
— И раз всё в относительном порядке, предлагаю сначала попить чай, собрать цветы и отправиться в
гостиницу.
Максим довольно кивнул и чуть поморщился, когда перекись начала шипеть у него на ране.
Глава 11
Я не узнавала город, когда мы с Максимом выехали в центр Змеиногорска. Улицы будто бы были окутаны не лёгким осенним туманом, а мороком, при вдохе которого сознание охватывают апатия и усталость. Непривычная тишина, словно заглушённая чем-то незримым, давила на разум, а дополняющий её запах прелых листьев только усиливал чувство безнадёжности и пустоты.