Я смогла выдохнуть и расслабиться. Милана то и дело оборачивалась на меня, словно искала во мне изменения или намёки на странное поведение. Андрей же делал вид, что меня здесь нет. Рассредоточенный взгляд оперативника скользил то сквозь меня, то по Максиму, то по Милане. Андрей будто бы не осознавал, где он находится.
— Странный он, – шёпотом заметил Мудров, указав взглядом на Шорохова.
В подтверждение слов москвича я кивнула и прикусила внутреннюю часть щеки, стараясь унять встревоженность.
— Потом спрошу, когда поднимемся в номер, – мой голос чуть дрожал от волнения. И Максим, уловив это, мягко положил руку мне на плечо и сжал пальцы, желая подбодрить меня.
То, что происходило, – чистый фарс и бред. Это словно происходило где-то в параллельной вселенной, где нет логики, смысла, последовательности, методологии раскрытия преступлений, действиях в сложных ситуациях. Если бы не странное стечение обстоятельств, я б не допустила мысли о том, чтобы ночевать в отеле рядом с человеком, которого и месяца не знаю.
Но сейчас мне, наверное, было… страшно. И я была готова довериться Максиму даже вопреки здравому смыслу.
Мирская первая отошла от стойки регистрации и, оставив свой рюкзак на попечение московского оперативника, прихватила меня под руку и потянула наверх, не забыв перед этим забрать у Мудрова ключ от номера:
— Всё, пошли. Ты всё расскажешь! – криминолог была настроена крайне решительно и упрямо.
— Расскажу-расскажу, только не убивай, начальница, – постаралась отшутиться я, но это вызвало у коллеги только добродушный смешок. Правда, хватку Милана чуть ослабила, но меня не отпустила.
Первым делом, как только мы переступили порог комнаты, моя бойкая коллега принялась фотографировать цветы, что-то записывать в свой телефон и хмуриться. Все движения социолога были резкие, рваные и поспешные. Она никогда раньше не участвовала в подобных делах. Как и все мы в отделе.
— Так, про Артёма я всё знаю, Макс всё рассказал. О твоём трипе он тоже упомянул, как и о поездке с ссорой с Андейкой, – спешно говорила Мирская, откладывая наперстянку в сторону и подскакивая, чтобы сделать что-то ещё.
— Милан, Милан, спокойно, – я постаралась немного угомонить коллегу и поймать её за рукав, но социолог оказалась куда быстрее и проворнее. Она встрепенулась и скрестила руки на груди.
— Какое, твою мать, спокойно? – Милана была непривычно взвинчена. – Происходит какая-то чертовщина, а ты молчишь и не говоришь мне ничего?! Как мы, блин, будем расследовать хоть что-то, если ты не сообщаешь важные детали? Ладно, понимаю, если ты про Натаныча ничего не сказала, бог с ним. Но, Кир, ты о своей шкуре-то подумай, вспомни, что ты не одна в отделе.
— Милан, я не хотела тебя тревожить, потому что тебе стало плохо, – напомнила я, – А с утра… я растерялась…
Мирская с чувством издала какой-то звук. напоминающий скулёж, и обняла меня, вытирая выступившие слёзы о мои волосы.
— Дура ты, Кир. Дура, – Милана потёрлась носом о моё плечо, – а если бы случилось чего?
— Ну… Меня бы вскрывали судмеды, – шутка вышла несмешной, но социолог немного расслабилась.
Вскоре в комнату вошли Максим и Андрей, и, когда все собрались, мы с Мудровым пересказали всё то, что произошло за утро.
Всё это время Шорохов сидел молча, смотря куда-то мимо всех. Рассредоточенный взгляд оперативника лишь изредка становился осознанным настолько, что маг начинал с удивлением моргать, чуть хмурясь.
Наверное, слова действительно обладают целебной силой – по мере того, как я говорила, мне становилось легче. Тот страх, что был со мной со вчерашнего вечера, постепенно отступал. Мысли будто бы очищались от лишних тревог и переживаний. Всё стало действительно лучше. Да и моя злость на Андрея немного утихла, оставив после себя несколько неприятный осадок незаконченного диалога.
Мне хотелось во всём разобраться. Но не сейчас, когда есть те, кто не участвовал в конфликте. Не стоит их втягивать в ссоры.
— Андрей, с тобой всё в порядке? – всё-таки задал вопрос Максим.
— Нет, – резче, чем нужно, ответил Шорохов. – Я не вижу смысла во всех этих лишних телодвижениях и действиях. Зачем лишний раз куда-то переселяться, держаться вместе? Я считаю, что ты накручиваешь всё. В чём смысл атаковать Киру? В чём смысл ссорить отдел? Наслушались легенд из прошлого и теперь переносите всё в настоящее. У меня было время подумать над тем, хочу ли я в этом всё участвовать или нет. Я дам ещё один шанс тебе, Кир, как начальнице отдела, но, если что-то пойдёт не так, не найдутся зацепки, то я буду вынужден подать рапорт на стол новому начальнику о твоей профнепригодности. Кажется, ты слишком долго находишься на месте начальницы отдела, но при этом совершенно не готова к такой ответственности.