— Оль, привет, это Аргонова…
Коршунова перебила меня, даже не дав закончить:
— Ох, привет, Кир, – она затараторила, – как хорошо, что ты позвонила. Я так рада слышать родной голос. Ты не представляешь, что тут творится! – Ольга всхлипнула и нервно хихикнула. – У нас кабинет Гордина оккупировали! Дали какого-то временного руководителя из числа командировочных! Господи! Он метёт по-страшному! Ты не представляешь! Требовал от нас отчёта по каждому сотруднику! – у неё вновь вырвался истеричный смешок. – Даже тех, кто уволился больше пятнадцати лет назад! Требуют всех магов выгнать из управления. Оставляют только обычных людей. Ты даже не представляешь… Ох, я теперь не знаю, как дома сидеть… Мне приказали подготовить всё и покинуть здание. Зверствуют… Всё с камнями ходят, через Сенсум что-то ищут…
— Кошмар какой. А я только хотела тебе отправить отчёт для наших новых… Коллег… У меня тут немного информации появилось. Надеюсь, она им будет полезна. Ты держись там, Олюшка, хорошо?
— Да, да, конечно… Я стараюсь. Просто всё так неожиданно. А что за документы? А хотя неважно, перешлю их и Волкову, и… в архив. А! Ещё, Кир, я тебе отправлю проект приказа, поставь, пожалуйста, электронные подписи о том, что вы ознакомлены с ним. Это этот… как его… Прости, я нервничаю. Приказ о временном приостановлении работы отдела.
— Конечно, отправляй.
В ответ послышалось мычаний и громкие голоса, заглушаемые странным гулом. Ольга бросила трубку, что-то говоря своим собеседникам.
Я потёрла глаза и подпёрла голову, устало смотря на монитор ноутбука.
Вскоре пришло сообщение от Ольги, в котором она отправляла проект приказа и оповестила, что переслала мой отчёт по нужным адресам. И только попросила передать физические носители в ближайшее время.
Мне не пришлось тратить время на сборы: оповестить коллег о том, что всё улажено, отправить им копии записи разговора с Ольгой, переслать всё в облако – готово.
Собрав нужные вещи, подержав кольцо с индикатором под проточной водой, я сбежала на первый этаж, куда подошли мои коллеги.
Андрей выглядел уже не таким напряжённым, но на его лице оставалась тень раздражения и недовольства. Милана была полна энтузиазма, а Максим спокоен и размерен. Когда я спустилась к троице. Мудров только спросил, всё ли со мной хорошо и, получив положительный ответ, улыбнулся.
***
В здание Управления нас не пустили, но на КПП дежурный принял наши материалы, потребовал поставить подписи под оригиналами приказов, а потом, наградив нас сочувствующим взглядом, попросил нас покинуть здание.
Всё происходило в тишине, и это несколько пугало. В воздухе словно бы витало напряжение, скользящее по кончикам пальцев и проникающее в нервные окончания. Любой посторонний шорох вызывал странную тревогу, переходящую в напряжение. Даже шум ветра казался проводником пустоты и отчуждённости.
Милана, сидящая со мной впереди, зябко поёжилась и открыла бардачок.
— Что ищешь? – я оторвала взгляд от дороги и на секунду взглянула на Мирскую.
— Водичку, – торопливо ответила волшебница и хлопнула рукой по приборной панели.
— Ребят, в кармашке на кресле есть бутылка, дайте кто-нибудь её, – попросила я, возвращая внимание на дорогу и тут же ударив по тормозам: перед автомобилем пролетела чёрная тень и скрывалась среди деревьев парка, к которому мы уже подъезжали. Милана вскрикнула и выпрямилась, сжавшись в кресло и схватившись за ручку двери.
— Кира, бл…! – Андрей ударился о моё кресло и стукнул меня по плечу. – Какого хера? Водить разучилась?!
— Там что-то пролетело! – выпалила я, выравнивания дыхание, сбившееся от страха. Моё тело в один момент словно окаменело. Пальцы похолодели и слегка побелели, и из-за этого яркое свечение бриллианта казалось ярче. Внутри прозрачного камня роились чёрные дымчатые крапинки.
— Олень! Или что-то крупное! – Милана пыталась отдышаться, из-за этого её голос прозвучал как сдавленный писк. – Твою мать.
— Не ушиблись? – неожиданно мягко и спокойно спросил Максим. – Всё в порядке?
— Какой ещё порядок?! У нас отродясь оленей не было! – саркастично фыркнула Мирская, приходя в себя.
— Я тебе больше скажу: у нас никогда ничего такого не летало, – нервно хохотнула я, вцепившись в руль и возобновляя движение. Мне было страшно разгоняться, именно поэтому скорость движения не превышала 20 км/ч.
— Кир, если боишься ехать, давай я сяду за руль, – раздражённо предложил Шорохов.
— А давай ты в багажник переедешь? – огрызнулась я.
— Андрей, харе, – встрял в нашу перепалку Максим.