— Алиса Сергеевна звонила, рассказала, что Артёмку перевели в интенсивную терапию, он вышел из комы сегодня ночью. А Алиса Сергеевна свалилась в обычную палату с давлением, – сообщил маг.
Мне было слишком плохо, но чуть-чуть удалось собрать воедино то, что сказал оперативник.
С Брониным всё хорошо, он стабилен. Алиса Сергеевна под присмотром… Это совершенно не связанно с тем, что произошло.
— Что случилось с тобой? Откуда порезы? – мой хриплый голос пугал даже меня, а уж то, как поёжился Андрей дало мне понять, что ему тоже некомфортно.
— Ты придёшь в себя, и мы обо всём поговорим, – мягко заверил меня маг, забирая бутылку воды у подошедшей Миланы. – Отдохни только…
И перед тем как провалиться в усталый сон, я попыталась понять, а где же Максим.
***
Я не знаю, сколько мне потребовалось времени, чтобы придти в себя, но постепенно сознание начало возвращатсья ко мне. А вместе с ним и боль в руке. Наверное, она немного отрезвляла, не давая мне потерять сознание вновь, но вместе с тем и заставляла маяться и не знать, как устроить предплечье так, чтобы уменьшить дискомфорт.
— Обезбола нет? – я с надеждой посмотрела на Андрея, сидящего на переднем сидении и наблюдающим за областью перед нашим автомобилем. – Андрей?
— Нет, – ответил он и повернулся к нам с Миланой. Мирская несколько поёжилась и прижалась ближе ко мне. – Потерпи до гостиницы. Там была аптека рядом.
Я кивнула иприкусила язык, чувствуя напряжение Шорохова. Он всматривался и всматривался в темноту парка, будто бы что-то искал взглядом. Напряжение на его лице усиливалось с каждой секундой. Да и голос всё ещё был непривычно резким, словно мы были теми, из-за кого всё началось.
Но это могло быть только из-за меня, но не из-за Мирской. Она была не при чём, это была моя инициатива пойти по следу Волкова и участвовать в расследовании.
— Можешь сказать, что происходит и где Максим? – наконец-то решила заговорить Милана.
— А ты можешь рот закрыть и подождать? – чуть ли не гаркнул оперативник, чем вызвал у нас обеих испуг. Мирская ухватилась за мою здоровую руку, стискивая пальцы. – Сидите тихо. Или мне вас успокоить силовым методом?
Он заблокировал дверь, видимо понимая, что мы захотим сбежать. Рядом с Андреем становилось страшно и опасно. От него веяло ярость и гневом. И это пугало до дрожи. Мы были пленницами у мага, охваченного первородной злостью.
Я старалась не поддаваться испугу и искать на всякий случай пути отступления: оглушить Шорохова, разблокировать двери, вытащить ключи из замка зажигания. Это был какой-то странный апофеоз напряжения, царившего в группе в последние дни.
Вырвавшийся наружу гнев, неприязнь, злоба – этим всем наполнялся салон автомобиля.
Бессильно, испуганно, беспомощно, беззащитно… Это то, как ощущают себя жертвы перед лицом маньяка. Так же ощущали себя и мы с Миланой.
Андрей повернулся к нам, злобно улыбаясь и смотря на нас не своими, чужими, глазами. Ярко-жёлтыми, пустыми, остекленевшими. Черты лица мага заострились, а зубыстали белее. Но наваждение длилось всего секунду, пока он вновь не стал собой. И не я одна это заметила,
Милана с ужасом смотрела на нашего коллегу.
Голова начала гудеть так, что мне пришлось сжать висок одной рукой и сжать зубы.
— Ушла! – неожиданно раздался голос Максима. И тут же послышался щелчок двери. Шорохов разблокировал двери и вёл себя так, словно ничего и не было. – Надо уезжать отсюда. Начинается чертовщина.
— Да что происходит?! – мой крик был неожиданным для всех, и для меня тоже. – Что, вашу мать, происходит?!
Накопившееся напряжение выплеснулось наружу не только моим криком, но и тихими слезами Миланы. У неё была немая истерика.
— Андрей, это же не ты… – тихо-тихо прошептала ведьма. – Не ты. В тебя кто-то вселился…
— Это последствия контроля разума, – вдруг сказал Мудров. – Хорошо, что вы ушли в Сенсум. Как только вы исчезли, нас с Андреем атаковали твари Сенсума. Демоны, если быть точнее. Одного мы смогли убить, но перед этим он взял Андрея под контроль. Вторую тварь я пытался догнать сейчас, но она растворилась, как только вышла за пределы магической печати парка.
— Магическая печать? Взяла под контроль? Да что за бред? – я вспыхнула и агрессивно стукнула по спинке сиденья. – Как нас можно было оставить с Андреем, если его брали под контроль? А если бы он напал?
Максим улыбнулся:
— Я знал, что вы его не убьёте. Кир, ты же начала продумывать план, как справиться с Андреем с меньшими затратами, верно?
Я кивнула.
— А ничего, что я всё ещё тут? – хмуро, но с усмешкой спросил Шорохов. – Я не против послушать, что обо мне говорят, но вопросики-то появляются…
Мудров
улыбнулся:
— ФСБ-шники огородили это место магической печатью, блокирующей силы всех, кто входит в неё. Это стандартная мера предосторожности от прорыва энергии Сенсума. Но вот исключения составляют те, кто входит в список доверенных лиц. То есть ваш отдел. Я наблюдал за вами с самого первого дня и передавал коллегам из отдела магического расследования ФСБ информацию о том, может ли кто из вас быть Оккультистом или нет. За время нашего расследования могу сказать, что из отдела никто не является Оккультистом, хотя были сомнения относительно Киры и Андрея, потому что у них прослеживалась сильная связь с Сенсумом, но нет, теория не подтвердилась. Но мы точно знаем, что убийца находится среди тех, кто работает в полицейском участке, потому что слишком много информации пропадало, как и в прошлые убийства.
Я рассмеялась. Просто от всей нелепой ситуации. А крота под носом и не заметили. Тоже мне, ищейки...
— Значит, ты всё это время работал с ФСБ? – я говорила сквозь смех. – И ты наш наблюдатель?
— Да. Сейчас я получил распоряжение, что можно признаться в том, что мы работаем в одной команде, но по разные стороны баррикад. Мы знаем, что Гордин не убийца, но он действовал через него. Мы предъявили ему обвинение, чтобы отвезти в безопасное место и там попытаться напасть на след убийцы через Сенсум. Но Гордин исчез, сейчас ведутся его активные поиски. Тварь Сенсума смогла завладеть разумом Андрея, потому что у него уже была брешь в волевом сегменте, но после убийства энергия вернулась на место. Отголоски есть, но он может их контролировать, – Максим говорил всё так обыденно и буднично, словно ничего не произошло. Но как теперь доверять ему? Но с другой стороны это только на руку нам. – Кир, ты пока что третья, кто смог подобраться так близко к Оккультисту.
— А кто были первые два? – Милана постепенно приходила в себя.
— Те два следователя из Москвы, – сообщил москвич, слегка поджимая губы. – Прокуратура скрывала данные, но мы имеем доступ к архивам. И мы отреагировали, когда друг Андрея запросил документы. Поэтому меня отправили к вам в отдел, а потом прибыли мои коллеги.
— И много ты от нас скрываешь? – я тяжело посмотрела в глаза Мудрова. Он пытался выдержать, но отвёл взгляд. В это время звякнул его телефон, позволяя магу обратить внимание на него.
— Не сказал бы, что много. Но сейчас у нас другие задачи. Трупы начали сгорать. А это значит, что времени остаётся не так много, как хотелось бы. Нам нужно добраться до безопасного места и всё там обсудить и сложить воедино. Без утаек.
Я молча смотрела перед собой, пытаясь осознать сказанное Мудровым.
— Как это... Трупы сгорают? ...
— Запускается процесс высвобождения остатка силы из трупов. Как ты заметила, Оккультист замкнул физический треугольник, это значит, что он создаёт плотное основание для своего существования в физическом мире. В прошлый раз всё было не так сильно, потому что убийства происходили не на местах рождения энергии Сенсума, а в ослабленных. Сейчас же...
— А сейчас задница... – продолжил за второго оперативника Шорохов, заводя двигатель автомобиля.
... Уже в гостинице мы забились в наш с Максимом номер и, сделав мне укол обезболивающего, начали обсуждать то, что происходило в Сенсуме во время нашего с Миланой погружения.
— И, раз без утаек... То у меня есть небольшая история Эйлифта... – я поджала губы и посмотрела в окно, за которым начинался настоящий апокалипсис. Адские молнии рассекали небо, а гулкий гром оглушал нас даже через стеклопакеты. Ливень словно бы пытался разбить окна, ударяя в них с огромной силой. Мне казалось, что по стенам начинают плясать тени, а за окном медленно, как хозяева жизни, тихо шли твари Сенсума, оставляя за собой разрывы энергии, сквозь которые в мир живых просачивалась сила хаоса, способная уничтожить целый город. – И я думаю, что стоит ответы искать в прошлом, чтобы понять, что же это за тварь...