Я кивнула.
— А ничего, что я всё ещё тут? – хмуро, но с усмешкой спросил Шорохов. – Я не против послушать, что обо мне говорят, но вопросики-то появляются…
Мудров
улыбнулся:
— ФСБ-шники огородили это место магической печатью, блокирующей силы всех, кто входит в неё. Это стандартная мера предосторожности от прорыва энергии Сенсума. Но вот исключения составляют те, кто входит в список доверенных лиц. То есть ваш отдел. Я наблюдал за вами с самого первого дня и передавал коллегам из отдела магического расследования ФСБ информацию о том, может ли кто из вас быть Оккультистом или нет. За время нашего расследования могу сказать, что из отдела никто не является Оккультистом, хотя были сомнения относительно Киры и Андрея, потому что у них прослеживалась сильная связь с Сенсумом, но нет, теория не подтвердилась. Но мы точно знаем, что убийца находится среди тех, кто работает в полицейском участке, потому что слишком много информации пропадало, как и в прошлые убийства.
Я рассмеялась. Просто от всей нелепой ситуации. А крота под носом и не заметили. Тоже мне, ищейки...
— Значит, ты всё это время работал с ФСБ? – я говорила сквозь смех. – И ты наш наблюдатель?
— Да. Сейчас я получил распоряжение, что можно признаться в том, что мы работаем в одной команде, но по разные стороны баррикад. Мы знаем, что Гордин не убийца, но он действовал через него. Мы предъявили ему обвинение, чтобы отвезти в безопасное место и там попытаться напасть на след убийцы через Сенсум. Но Гордин исчез, сейчас ведутся его активные поиски. Тварь Сенсума смогла завладеть разумом Андрея, потому что у него уже была брешь в волевом сегменте, но после убийства энергия вернулась на место. Отголоски есть, но он может их контролировать, – Максим говорил всё так обыденно и буднично, словно ничего не произошло. Но как теперь доверять ему? Но с другой стороны это только на руку нам. – Кир, ты пока что третья, кто смог подобраться так близко к Оккультисту.
— А кто были первые два? – Милана постепенно приходила в себя.
— Те два следователя из Москвы, – сообщил москвич, слегка поджимая губы. – Прокуратура скрывала данные, но мы имеем доступ к архивам. И мы отреагировали, когда друг Андрея запросил документы. Поэтому меня отправили к вам в отдел, а потом прибыли мои коллеги.
— И много ты от нас скрываешь? – я тяжело посмотрела в глаза Мудрова. Он пытался выдержать, но отвёл взгляд. В это время звякнул его телефон, позволяя магу обратить внимание на него.
— Не сказал бы, что много. Но сейчас у нас другие задачи. Трупы начали сгорать. А это значит, что времени остаётся не так много, как хотелось бы. Нам нужно добраться до безопасного места и всё там обсудить и сложить воедино. Без утаек.
Я молча смотрела перед собой, пытаясь осознать сказанное Мудровым.
— Как это... Трупы сгорают? ...
— Запускается процесс высвобождения остатка силы из трупов. Как ты заметила, Оккультист замкнул физический треугольник, это значит, что он создаёт плотное основание для своего существования в физическом мире. В прошлый раз всё было не так сильно, потому что убийства происходили не на местах рождения энергии Сенсума, а в ослабленных. Сейчас же...
— А сейчас задница... – продолжил за второго оперативника Шорохов, заводя двигатель автомобиля.
... Уже в гостинице мы забились в наш с Максимом номер и, сделав мне укол обезболивающего, начали обсуждать то, что происходило в Сенсуме во время нашего с Миланой погружения.
— И, раз без утаек... То у меня есть небольшая история Эйлифта... – я поджала губы и посмотрела в окно, за которым начинался настоящий апокалипсис. Адские молнии рассекали небо, а гулкий гром оглушал нас даже через стеклопакеты. Ливень словно бы пытался разбить окна, ударяя в них с огромной силой. Мне казалось, что по стенам начинают плясать тени, а за окном медленно, как хозяева жизни, тихо шли твари Сенсума, оставляя за собой разрывы энергии, сквозь которые в мир живых просачивалась сила хаоса, способная уничтожить целый город. – И я думаю, что стоит ответы искать в прошлом, чтобы понять, что же это за тварь...
Глава 14
Мы расположились в круг и на всякий случай закрыли дверь не только на ключ, но и подпёрли её стулом. Это было пожелание Миланы. И мы, дабы не трепать ей и так расшатанные нервы, максимально себя обезопасили. Непонимание, что происходит, вызывало у всех нас тревогу и напряжения, но мы старались вспоминать весёлые моменты из своей службы. Смех помогал сбросить накопившееся напряжение. Но и временному расслаблению пришёл конец, когда Мудров, глубоко вздохнув, созвал нас всех в центр комнаты и пригласил сесть на пол.