Глава 13
Поведение охранника ему крайне не понравилось. Очень уж пугливо косился в его сторону, да и споткнулся раз пять или шесть, пока двигались по коридору. Здоровенный чернокожий увалень явно чего-то боялся, да и Дюгоня воспринимал совершенно неадекватно. Словно не генерала провожал на свидание с заключенной, а закованного в кандалы рецидивиста.
Спина у него была широченной, с двумя темными, расплывающимися от подмышек пятнами. Мышцы так и перекатывались при каждом шаге, и про себя Дюгонь подумал, что парень наверняка в прошлом серьезно занимался спортом — той же штангой, толканием ядра или гандболом.
Оглянувшись на последнем повороте, охранник опасливо предупредил:
— Вы там поосторожнее с ней, сэр.
— Что, может покусать? — пошутил Дюгонь, однако шутки его не приняли.
— Если бы только покусать… — конвоир по-медвежьи вздохнул. — Словом, советую смотреть в оба. И ничему не удивляться.
Пожалуй, предостережение было излишним. Если бы Дюгоня не познакомили прежде с Дымовым, он бы и впрямь серьезно рисковал. Сознание человека — вещь хрупкая. Порой и десяти секунд достаточно, чтобы свихнуться на всю жизнь. А уж люди вроде Дымова в состоянии проделывать подобные вещи проще простого…
Дюгонь обратил внимание на то, что в двери, к которой они приблизились, отсутствует обычный глазок. Квадратная металлическая заплатка — и ничего больше. Он понимающе хмыкнул. Стало быть, отучила девонька подглядывать! Заставила добрых молодцев заварить глазок. Как это ни странно, подобное поведение Дюгоня устраивало. Значит, девица — не просто сильная, но еще и с характером. Конечно, расплеваться с Дымовым могла и такая, но тут уж наперед не угадаешь…
Полицейский деликатно стукнул в дверь и тут же загремел ключами, отпирая замок. И не один даже, а сразу четыре. Это тоже не укрылось от внимания Дюгоня. Абсолютное большинство здешних камер было оборудовано электрозамками, здесь же он имел удовольствие лицезреть старые тяжелые механизмы, которые не всякий мужчина сумел бы открыть. Видимо, рассчитывали на постояльцев именно такой категории. Оно и правильно: Дюгонь по прошлому своему опыту знал, что сильные экстрасенсы без особых усилий подбирают ключ к электронным приборам. Нечто подобное наблюдалось и здесь, хотя тот же Вадим легче легкого открыл бы и эти замки. Да что там замки, — он и дверь бы эту высадил в два счета. А не высадил бы, так расплавил. Так что, если его подруга действительно ему ровня, то все эти предосторожности мало что стоят.
В тюрьму Алахван, расположенную на острове Дуайт в Мексиканском заливе, Дюгонь попал не сразу. Сначала пришлось оформить море документов, от чего, работая в СИСТЕМЕ, он давно уже успел отвыкнуть. После этого Миранде передали от него записку. И только после получения разрешения заключенной он решился на посещение…
Дверь наконец-то со скрипом отъехала в сторону. Дюгонь заметил, что полицейский старательно отвернул голову. Видно, и здесь своевольная заключенная приучила их к определенному порядку. Интересно было бы знать, каким образом? Впрочем, не так уж и интересно. Может, ослепляла светом, а может, и чем похуже. Могла, между прочим, и его сейчас наказать. Чтобы не совал носа в чужую жизнь, чтобы не напоминал своенравной дамочке о прошлом…
Шагнув в полную темноту, Дюгонь не слишком уверенно позвал:
— Миранда? Это Афанасий Николаевич. Вам должны были передать от меня записку…
Позади вновь заскрежетал металл, тяжелая дверь закрылась, разом отрезав его от внешнего мира. И тут же вспыхнул свет — слабый, едва мерцающий. Лампы в проволочных намордниках горели справа и слева, вытягиваясь парой неровных, уходящих далеко вперед строчек. Это было абсолютно невозможно, но своим глазам Дюгонь пока еще верил. Как бы то ни было, но он стоял в начале коридора, убегающего в неведомое на добрую сотню метров. Ломать голову над тем, каким образом крохотная камера превратилась в бесконечный коридор, он не собирался. Но у него хватило соображения, чтобы понять: именно таким образом Миранда приглашает его в гости. Не абстрактного гостя, приехавшего неведомо откуда, а конкретно его. Девочка, судя по всему, была тертая, и, приглашая Дюгоня следовать коридором, желала, видимо, познакомиться с гостем поближе. В самом деле, пока человек шагает, можно сорок раз его просканировать, а в случае чего и развернуть назад, дав на прощание хорошего пинка. Как бы то ни было, Дюгонь явился сюда не для короткой беседы. С бывшей подружкой Дымова он намеревался подружиться всерьез и надолго. Потому и не стал протестовать, вслух выражая свое возмущение. Да и как тут можно возмущаться, когда в оговоренный срок ни Потап, ни Шматов, ни сам Дымов на связь не вышли. Более того, не дали о себе знать и ребятки из консульства — одного из немногих уцелевших в Гаронде. При этом следящие спутники по-прежнему не фиксировали ничего серьезного, а сведения от Монтгомери, последнего агента Майера, носили поверхностный и абсолютно недостоверный характер. Так или иначе, но все специалисты СИСТЕМЫ сходились в едином мнении: что-то в Томусидо стряслось. Возможно, не самое страшное, но когда речь заходит о таком странном царстве-государстве, говорить о чем-либо с уверенностью было невозможно.
Афанасий Николаевич вздрогнул. Пересекая путь, чуть впереди него прошло лохматое чудовище. Двухголовое, с огромными, свисающими до пола лапами, оно выдралось из одной стены и, чуть повозившись, втиснулось в противоположную.