— Но на Кольской АЭС нет "летающих установок"!
— Зато есть стационарные, к которым нужно прикладывать свои руки и голову… Мой муж — совершенно незаурядный человек, он — большая умница… Это я говорю как физик… Он прекрасный теплофизик. Был одним из любимых учеников Михаила Ивановича Солонина, который сменил на кафедре академика Доллежаля. Он диссертацию защищал у него, а я — диплом… Андрей работал на станции в отделе ядерной безопасности, был начальником отдела топлива и спектрометрии. Но два года назад Андрей уволился, и теперь он является генеральным представителем фирмы "Энергия" — это дочерняя фирма "Электростали" — в Мурманской области. Это топливо для ядерных установок.
— К сожалению, это очень больной вопрос..
— Да, из-за отсутствия топлива ядерный блок у нас стоит месяц! И даже если его завезут в ближайшие дни, то перегрузка будет идти минимум 20 дней…
Чрезвыча йное происшествие. На том самом "Четвертом" который так нравится Ларисе Глазовой и ее коллегам, случилось весьма неприятное происшествие. Я рассказываю о нем, чтобы продемонстрировать, насколько четкая и тщательная работа требуется от тех, кто эксплуатируе т и ремонтирует энергоблок.
9 марта 1997 года, когда плановый ремонт на 4-м блоке завершался и когда долгожданное топливо пришло на станцию, внутрь реактора случайно упала небольшая 20-граммовая металлическая деталь от топливной сборки…
Мы пытались достать ее штангами, но только глубже уронили, — рассказывает главный инженер Кольской АЭС Василийльчук. — Деталь оказалась на самом дне реактора и пропала из зоны видимости. Чтобы достать ее, пришлось выгружать и разбирать реактор. Для поиска была задействована подводная телекамера. Только ночью 24 марта деталь из реактора была извлечена. В этот же день начались работы по сборке реактора и загрузке в него свежего топлива. В итоге мы потеряли 14 дней чистого времени…
А мы продолжаем наш разговор с Ларисой Глазовой. Об этом происшествии она, конечно же, знает все, но сказала лишь одну фразу: "Такова цена небрежности!" Что к этому добавить!
Сегодня Лариса Глазова — инженер по работе с общественностью. А потому я спросил ее:
Что самое интересное в нынешней раб оте и почему вы ею стали заниматься?
— Мне по жизни очень повезло… Мне повезло с учителями в школе, а потом в институте — и я даже не знаю, кого мне благодарить за это…
— Судьбу…
— Возможно. А здесь, в моей работе встречаются очень интересные люди. Я вижу, что могу быть полезной им, — и тем самым я служу своему делу. Поэтому считаю, что опять повезло… Вчера приезжали экологи из Норвегии. Я знаю, как они к нам относятся. И вдруг одна из них мне говорит что теперь она не боится нашей станции. И я подумала, что это победа, хотя и маленькая, но моя… Пусть эта эколог о нас стихи сочинять не будет, но хотя бы не боится! А значит, и дурного слова о нас не
— С кем было тяжелее: своими "норвегами" шведами или американцами с японцами?
— Нет, трудно не было… Справлялась…
— Они хуже вас знают станцию, а потому не могут вас загнать в тупик?
— Есть такие вопросы, на которые я, конечно же, ответить могу. Но тогда прошу это сделать своих коллег по станции.
Это нормально… Явной агрессии я не встречала ни разу. Может быть, потому, что я женщина, и они как-то смягчали свой пыл, когда разговаривали со мной. "Зеленые" более агрессивны, если встречаются с мужчинами — это я замечала.
— Кто же у вас был такой хитрый, который решил поставить на самый трудный участок — работу с общественностью — такую красивую женщину?
— Не знаю… Официально моя должность называется "инженер группы внешних связей". Такие группы появились на атомных станциях сравнительно недавно. Я работаю в этой должности с 89-го года.
— А с кем прият нее всего бывать?
— Однажды у меня было восемь генералов. У них какое-то здесь было учение… Обычно приезжают журналисты. В машзале шумно, жарко, некомфортно. Они тут же врассыпную, по всем отметкам — и до них не докричишься. Даже с микрофоном… А генералам сказала: "Там, где я!", и они выстроились в шеренгу, и за мной… Это самый послушный народ!.. Потом мне рассказывали, что было очень забавно наблюдать, как впереди шагаю я, а за мной восемь мужчин в лампасах… Я никогда их не забуду, потому что за все время это была самая послушная команда у меня… Много студентов приезжает из Швеции. Группа вытягивается по машзалу по "ряду Б", где мы ходим, и я иду первой и, конечно же, не вижу, где идет двадцать пятый… И однажды у меня два студента потерялись. Находят меня по громкой связи, оказалось, они стоят у проходной — как туда добрались, ума не приложу… Вы представляете мое состояние: находимся на рабочем блоке, а я теряю людей!