— И между станциями?
— Конечно.
— Мы им не уступаем?
— Отнюдь! В той же "Ловиизе" стоит наше оборудование, и работает оно великолепно! Тот же "Пакш" — без замечаний! Блоки этих двух станций по всем показателям, в том числе и надежности, каждый год входят в десятку лучших атомных станций мира. Они этим гордятся, но и мы тоже… Основное оборудование у нас прекрасное, а вот так называемое "обеспечивающее оборудование" — электроника, связь, контрольно-измерительные системы, управление и природы — требует постоянного контроля, и приходится держать много людей, чтобы обеспечивать его нормальную работу. Тем более, что Кольская АЭС все-таки обособлена, и все эти службы нам приходится держать и содержать.
— И последний вопрос: пройдет 50 лет — что будет на этом месте, где мы с вами разговариваем?
— Кабинет главного инженера Кольской атомной станции… Если все будет так, как идет сегодня, то здесь останется лишь памятник атомной энергетике XX века. Но я думаю, что разум победит, и здесь будет действовать АЭС с энергоблоками нового поколения, которые разрабатываются сегодня. Будем оптимистами!
НОЧЬ КОШМАРОВ
Все соседи живут слева, если смотреть на них по карте… Когда строительство АЭС начиналось, они особо не беспокоили атомщиков. Да и вообще в семидесятых о ядерных энергоблоках предпочитали говорить с восхищением — не случайно, в Швеции именно АЭС начали нести основную нагрузку в энергетике. И здесь именно с атомными станциями связывали будущее страны…
Чернобыль в корне изменил ситуацию. Пришел страх, и постепенно он вытеснил все остальные чувства и разумные доводы. В той же Швеции было принято решение о выводе из эксплуатации всех атомных энергоблоков и о запрете на строительство новых. Конечно, решение поспешное — и шведы это сами признают! — но оно принято, и это свидетельство той паники, что родилась в мире после Чернобыля. Осуждать за нее нельзя — трагедия, случившаяся на Украине, слишком велика и неожиданна, а потому надо тщательно изучать ее последствия и, только разобравшись в деталях в случившемся, идти дальше.
Кольская атомная сразу же оказалась в прицеле внимания жителей стран Скандинавии. Об этом и шел у нас разговор с Юрием Васильевичем Коломцевым. Я спросил его: "Какие у вас отношения с соседями?"
— Отношения начали устанавливаться, когда строили атомную станцию "Ловииза". Наши люди ездили туда, строили, обучали финнов…
— Это когда было?
— Двадцать лет назад… И поэтому соседские добрые отношения развивались в первую очередь с Финляндией. Во-первых, один тип реакторов — значит, и заботы общие. Во-вторых, регион практически один, а потому и о безопасности вместе думаем… Да и возможности у них получше, а потому они вкладывали больше средств в модернизацию оборудования, в новую технику. Они ведь думают о завтрашнем дне уже сегодня практически, а не как мы — сугубо теоретически… Они уже сегодня размышляют о том, каким образом продлить жизнь своей станции: на первом этапе — до 40-50-ти лет, а затем на этом месте поставить новую атомную станцию. Таким образом, вся инфраструктура используется в полной мере, и это очень выгодно и разумно.
— Значит, на первом этапе вы помогали финнам, а теперь они уходят вперед?
— Есть такая тенденция…Финны в полной мере используют государство, которое заинтересовано в развитии атомной энергетики… Так что у нас первые контакты были с финнами, обменялись делегациями… В частности, в 1985 году именно в Финляндию я впервые выехал в капиталистическую страну — так что для меня это весьма памятно…
— И что запомнилось?
— Я был поражен нашим оборудованием!
— ?!
— Да, как это не удивительно, но именно наше оборудование работает там прекрасно… Единственное — это автоматика "Сименса", а все остальное — наше. Да и до сих пор оно там работает прекрасно. И обслуживающего персонала на два блока — 400 человек…