- Будешь стоять на шухере. – Его тон приобрел тревожные нотки. – Смотри в оба.
- Ты кто? Вор?
Подтаскивая к моим ногам огромную железяку, Серега внезапно беззвучно расхохотался.
- Нет.
- Ты пришел, чтобы утащить отсюда что-то!
- Да.
- Значит, вор! Почему ты не сказал мне?!
- Да я вообще учусь в Школе Милиции! Но вор, конечно, звучит романтично. Если тебе нравится…
- Милиции?!
- Да, в городе. Поэтому, если нас заметят, тебе ничего не будет, а мне придется не сладко.
Я смотрела на его лицо, скрытое от меня в темноте, и недоумевала, как он мог решиться на такое.
- Ради чего?
Он деловито принялся что-то откручивать, погрузив руки в груду железа.
- Держи фонарик, будешь светить.
- Ни за что! Сначала скажи, что ты хочешь упереть отсюда!
- Ты уверена, что нам нужно именно сейчас поговорить об этом?
- Да!
- Черт! Мы тырим цилиндр на два выхлопа. На седьмой Планете цилиндр с одной выхлопной трубой. Расход больше, тяга меньше. Сейчас мы позаимствуем никому не нужный цилиндр от Планеты четвертой, поставим…
Он еще долго говорил и говорил, объяснял, откручивая гайки, но для меня его слова были лишь выдержки из учебника по квантовой механике. Совершенно непонятные. Но такие красивые. Я с умным видом кивала и старалась не трясти рукой, в которой держала фонарик.
Свет дергался, прыгая по разбросанным на асфальте деталям. Также дергано и не спокойно отныне стучало моё сердце. Тук-тук-тук-Тук.
***
На следующее утро мама, одетая в своё любимое клетчатое платье, готовила мне космические котлетки на завтрак. Они были её коронным блюдом. Не знаю, откуда пошло такое название, но, наверное, с тех времен, когда накормить ребенка хоть чем-то без красочных описаний и придуманных историй было большой проблемой. Эти котлетки вполне могли бы стать полноценным блюдом, так как состояли из овсянки, моркови, лука, хлеба и одного лишь запаха куриного фарша, но подавала она их традиционно с гарниром из перловки, гороха и крайне редко гречки.
Я лениво ворочала алюминиевой ложкой, сгребая разбухшие крупинки с краев в середину тарелки, и старательно делала вид, что выспалась.
- Ты проверяла? – спросила мама, накрывая сковородку крышкой.
- Что? – отозвалась я, прожевав сухую кашу, противно прилипающую к зубам и деснам.
- Не завелись ли птицы в драконьем гнезде, что у тебя на голове!
- Мама, перестань.
Она подъехала и остановилась с другой стороны стола, поставив колёса коляски на тормоз.
- Неужели так трудно прибрать волосы? Встал с постели, расчесался, сделал хвостик.
- Я знаю…
- Короче, ешь, давай!
Она потянулась за чайником, и я машинально соскочила, чтобы ей помочь. Вдруг раздался стук в дверь.
Мы замерли, силясь вспомнить, кого ожидали в такую рань. Сестра в это время еще должна была находиться в пути. Может, это соседка решила вмешаться в нашу утреннюю ссору? Мама ведь так громко возмущалась, что я неведомым образом снесла с подоконника её любимые цветы ночью.
Быстро плеснув кипятка в чашку, я поспешила к двери.
- Сама открою.
- Хорошо, - согласилась мама, вытирая руки о фартук.
Я заглянула в глазок и моментально ощутила озноб. Это был Он!
С какого перепугу? Зачем он решил завалиться прямо ко мне домой? Сергей Донских, на этот раз умытый и одетый в белую хлопковую рубаху и голубые джинсы, стоял на моём пороге и улыбался так широко, словно на дверном полотне ему показывали мультики.
Навалившись на дверь, я судорожно попыталась придумать, как поступить. Но внезапно громкий стук повторился вновь.
- Кто там? – донеслось с кухни.
Я до боли прикусила кулак и отчаянно замахала им в воздухе. Похоже, мне не успеть сгонять в ванну и хотя бы взглянуть на себя в зеркало. Придется ему увидеть меня в красном линялом халате без рукавов, который в сочетании с пылающими щеками превращал меня в переспелую помидорину.
Не дожидаясь, пока мама прикатит в прихожую, я отворила дверь.