Нам действительно было чем гордиться - за двенадцать лет город сильно разросся. Домов-общежитий старого образца, четырьмя кольцами охвативших Храм Мудрости в центре, было уже сто восемь. Мое имя увековечили в названии главной площади, уже не вмещавшей на праздники всех желающих. Площадь Верховного энноя Дима - звучит неплохо!..
Появились улицы Сенга, Арики, Ники и Шенка. Вдоль почти завершенной второй стены протяженностью больше шести километров протянулась улица Добрых Предков - к своему стыду, я в свое время так и не узнал имена древних призраков, пожертвовавших своим бессмертием ради нас. Она сейчас состояла из сорока четырех домов нового образца - настоящей мечты каждой молодой семьи, воплощённой строителями. Каркасные двухэтажные постройки традиционно круглой формы из самана, обложенные обожженным кирпичом для прочности, а кое-где и разноцветной керамической плиткой для красоты и защиты от осадков, имели утепленную черепичную крышу, прочный бетонный фундамент и собственный подвал. Окна стали намного больше, их набирали из толстых стеклянных пластин, объединенных попарно в квадратные стеклоблоки со стороной в двадцать пять сантиметров. Вместо резинового уплотнителя применялся пропитанный гуттаперчей войлок.
На первом этаже располагался выносной туалет, ванная комната, пара кладовок для продуктов и кухня. От тамбура входа вели две лестницы, одна вниз, в подвальное помещение, вторая наверх, где располагались спальня и детская. Все комнаты были небольшими, доступное свободное пространство использовалось по максимуму - но по сравнению с общежитиями, где на одного человека приходилось меньше четырех квадратных метров площади, это были царские хоромы. Очередь на свое жилье, обещанное вождём каждой паре при создании новой семьи сформировалась давным-давно, но только в последние пять лет начала понемногу продвигаться. Дим всё-таки сдержал свое слово, хоть и с опозданием больше чем в десять лет…
Строительство таких домов стало возможным с появлением нового материала, роман-цемента. Первые десять килограмм сероватого порошка я получил через год после ухода остатков племени Бинадаму с нашей территории… Следующие четыре года ушло на сооружение шахтных обжиговых печей для мергеля, создание небольшой шаровой мельницы и нескольких сит разного размера. С тех пор производство этого строительного материала с каждым годом только увеличивалось, и в двадцатом году достигло ста двадцати тонн. Главные его недостатки - высокая гигроскопичность, быстрое затвердевание и медленный набор прочности бетона. Готовить рабочий раствор приходилось в течении нескольких дней после помола обожжённой клинкерной массы, и тут же использовать для строительства каменных фундаментов и стен подвалов и ям для стока воды. Были у этого материала и свои преимущества - он отлично схватывался при высокой влажности и даже под водой, обеспечивал неплохую гидроизоляцию и значительно превосходил обычную глину по прочности. В этом году строители планировали с его помощью заменить часть свай мостов на мелководье - их уже раз капитально ремонтировали, и пора было переходить с дерева на камень.
- Тебе не очень понравилось строительство тюрьмы, помнишь?
- Мне и сейчас не нравится это здание… А держать людей в ямах - это вообще переходит все границы!
- А то, что они нарушили законы, не переходит все границы? Заметь, за последний год туда на месяц отправили только двоих подростков, напившихся краденного спирта и разбивших несколько окон. Один смертный приговор свихнувшийся женщине, убившей двоих детей и полгода ямы для пятерых мужчин, слишком распускавших руки - разве это большая цена за спокойную жизнь в городе?
- Твои законы слишком жестокие, Дим… Подумай, может, стоит сделать их помягче?
- А смысл? Мы тут же получим больше нарушителей. А так лантирцы знают, что нарушить закон они могут, но если попадутся, то наказание будет максимальным.
До классической судебной системы мы все ещё не добрались - по каждому зафиксированному часовыми или дружинниками нарушению решение выносились или главой рода, или соответствующим гражданским Кругом, или, в особо сложных случаях - общим собранием всех ветвей власти. Пока это работало, и вводить отдельных судей, прокуроров и адвокатов я не спешил - слишком много путей для махинаций это откроет. Обвиняемый мог оспорить приговор, и обратиться за справедливостью к Кругу Энноев или ко мне лично, этого права было достаточно, чтобы невиновный не пострадал.