Еще немного о чужих текстах. Итак, в тот день, когда окончательно отменили DRM-защиту и музыкальные файлы стали копировать с компьютера на компьютер легально, свободно и для здравия всех живых существ, Тема открыл ноутбук и увидел, что у него появился бесплатный вай-фай, предположительно – из стада офисов напротив. И хотя и до этого он не особо старался переписывать треки на dvd-болванки, сей факт его обрадовал даже больше появления вчерашнего клиента, который просил всего лишь за неделю научить его стучать три панк-ритма за тысячу долларов. В то время, как три крупных Интернет-магазина решились извиниться перед пользователями всего мира и, наконец, выложили программу, в которой любую музыку можно слушать бесплатно, поглядывая в левый верхний угол, где иногда всплывала реклама, Артем качал бесплатные уроки по реггей-ритмам и читал Макса Фрая. Потом компьютер завис, перезагрузился, а когда вновь включился, на рабочем столе лежал еще один файл, с виду вирус. А на самом деле – письма, женские письма.
Да, на самом деле, он, конечно, Марине соврал. Но как вообще объяснить, как подобное происходит.
ПИСЬМО ИЗ ДАНИИ
Здравствуй,
Какой странный себе избрал маршрут мой братец, скажешь ты, читая адрес. Так уж случилось. Я стоял на берегу моря, смотрел на пароходы, открыл кошелек, пересчитал наличность… И вот я уже плыву вторым классом в компании индусов и алжирцев в совершенно непонятную мне страну.
Что я знал о Дании? Что мне предстоит увидеть Копенгаген. И не более того. Знаешь, сестра, этот текст я посылаю тебе (извини за прямоту), скорее, из правила, чем из-за желания сообщить какие-либо приятные известия. Если есть возможность, пришли мне немного денег – не своих, разумеется, знаешь, в моем секретере лежит некая сумма, возьми половину. И еще в «Аполлоне» мне должны гонорар, Серж обязался тебе об этом сказать. Отправь их в Осло, на главпочтамт, до востребования. Я думаю, послание быстро дойдет до тебя – его я отправил, как ты поймешь, с дипломатической почтой – выяснилось, что в местном консульстве есть немало поклонников современной поэзии… Поневоле задумаешься об эмиграции! Но что я должен делать в стране, в которой никто не понимает мой ломаный немецкий! Я пытался шутить про данайцев и японцев, никто извиваний моих так и не понял, а один местный завсегдатай-выпивоха даже хотел меня поколотить. Ныне я пребываю в католической часовне начала прошлого века, слушаю песнопения и пишу тебе это, в общем-то, бессмысленное письмо, которое, впрочем, всегда в ходу между родственниками, ведь мы должны радоваться не столько изменениям, сколько видимой стабильности. Так что рапортую – со мной все в порядке, испытываю небольшие финансовые трудности, при случае – отправлюсь через Австро-Венгрию и Эстонию до родных пенат.
Да, кстати, ходил на могилу Андерсена. Представляешь, его похоронили в этой вот статуе Русалки. Приходится подплывать вручную и в-ножную, рискуя замерзнуть. Мне так и не объяснили – каким образом… он… там? Но видится мне эта ситуация забавной.
Видел много странных людей в ярких одеяниях. Пытался разговориться с одним из них. Говорит, что живет в центре города, в особом квартале для таких, как он, свободных духом людей. Послушав его – а поведал мне случайный собеседник о торговле гашишем и армейских ночных операциях – и решил не ходить. Очень я боюсь такой свободы – со спущенными рукавами. Сразу понятно, что там – нож. Или обрез.
Вновь понял, что основа моей философии – пустота. Неподвижная и бесформенная. Я тебе об этом говорил еще около пяти лет назад. А сейчас, находясь в густонаселенной Европе, еще более отчетливо ощущаю свою правоту. Ведь, скажем, если для кого весна, то для меня – СЫРОСТЬ! Подошвы буквально гноятся кожей! Хотя, я уже не верю и не понимаю, почему некоторые преподаватели в мудрых книжках считают, что основные понятия проще передать образами. Представь себе на пару секунда – через противоположное! А эти только напрягают без причины мозг. Поэтому я постараюсь сказать коротко
Ведь диалоги в научных книгах – споры, уточнения – сильно беспокоят уставшее тело, но пользы не приносят.
Любые смысловые потоки построены на порождениях человеческого мозга. Сотворил – отправил. Появляется симулякр. Ведь не может разум создать точную копию мира, он придумывает собственную версию, которая вовсе не похожа на реальную, а потом ее копирует. Это своя микро-вселенная, уютная паразитарная вселенная за переносицей. Нет никакой возможности срастить ее с настоящим. Но пока мысль проходит оттуда и вот сюда… Ладно, я позволю себе исключение, – проходит, словно бы воздухолет, который научился проникать за естественную оболочки Земли… Падает вниз, сквозь огонь, сгорают крылья, обшивка, ничего не остается, ни пилота, ни машины. Пока мыслил, пока пробирался к жизни, осталась одна пустота. Так к чему утруждать себя наслоениями? Не стоит ли выдавать одну лишь пустоту? Сразу же.