– Да, но оно не у меня, оно у Виктора, он из группы, которая играла. Его задержали?
– Нет, не задерживали никакого Виктора. Эй, Гнилюк, спроси там еще раз – может, кто-то имя свое забыл? Нет? Ну вот, значит, нет разрешения…
– У меня, получается, нет.
– А, может, и не имелось. Как же ты, пацан, смог устроить-то представление, без такой важной бумажки? А документы, удостоверяющие личность, у тебя имеются?
– Гм, знаете, а документы у меня в надежном месте. На репетиционной точке. Хозяин забрал – на всякий случай.
– Ну, парень, ты молодец, откуда вас таких только добывают на мою голову. Каждый день -пачками… Организатор еще называется! Да будь я твоим директором – уволил бы в тот же день, когда на работу принял! Что ж, посидишь тут, посмотрим, нет ли на тебя чего. Регистрации, поди, тоже нет?
– Имеется, – и Тема быстро взглянул верх влево: значит, вспоминает, как делал он себе регистрацию. Отвратительно, честно говоря, выглядит этот штамп в паспорте. Очень ненатурально. Фиолетово-синее, расплывшееся пятно, ни буквы не понятно. Даже хорошо, что корочка у директора.
– Придется задержаться, паренек. Хорошо-о… А вы – что стоите? Идите, свободны, думайте в следующий раз! – обратился майор к Руслану.
Тот посмотрел на Артема:
– Надо что-то сделать?
– Позвони по телефону, как выйдешь, – и Тема протарабанил 10 цифр.
– Ну так я же знаю!
– А вдруг сотовый сядет? – он достал из заднего кармана джинсов потрепанную визитную карточку с надписью «Гуру грува» и отдал Руслану. Милиционер было хотел вякнуть предостерегающе, но фотограф уже резво шагал в коридор к выходу. На улице он набрал еще один, более заветный номерок, объяснил ситуацию. И поехал со спокойным сердцем к женщине.
Невысокая красотка с глазами лисы по имени Ольга совершенно четко понимала, почему она нравится людям, которые хотят завести семью. Она – это большой красивый сосуд, в котором будут себя уютно чувствовать детки. Немного макияжа, побольше теней, чуть ядовитая помада, не очень аккуратно подстриженные длинные темные волосы – и обязательно белая футболка, грудь не то чтобы высокая, не выносится вперед, но приковывает взгляд – такой словно кого-то уже вскармливают, к такой хочется прижаться и пожаловаться на судьбу. И рядом на свадебной фотографии стоит мальчик в узких джинсах, с детским взглядом (что еще скажешь об этих огромных голубых глазах?), в тонкой белой рубашке. И он явно счастлив. А ты – ты защищаешь его от злых сил мира сего.
Еще когда их везли в отделения, Руслан получил сообщение: Оля просила его приехать. Они редко звонили друг другу – в основном переписывались. Потому что… ну, вспомните – кто из вас постоянно стирает последние звонки из телефона? А вот с SMS – это легко. Поэтому он не стал разбираться, что да как, и поймал мотор. Она жила на Петроградской, точнее, она раньше там жила, а теперь – в районе Озерков, можно пойти и пешком, но сегодня был особенно тяжелый день и ночь, а ведь идти – это еще и думать. И это его явно раздражало. Поэтому он остановил зеленые «Жигули» со слегка нетрезвым пацанчиком за рулем – или суровым мужчиной, который явно возвращался с корпоратива, где держал себя в руках последние пять часов.
Быстро добрался до Ольги. Позвонил. Она открыла почти в ту же секунду – ждала с нетерпением. Первый поцелуй показался ему надуманным – но, возможно, это просто боязнь по причине… да всего-всего… Они знакомы всего три недели, но виделись – почти каждый день. Тогда, после гулянки в ресторане, он позвонил, потому что действительно хотел увидеть ее вновь. Они договорились встретиться, попить чаю, но к чашкам так и не прикоснулись. Потому что это – уже не свадьба, не работа. А значит, если подумать, получается, все можно, все позволено, и все разрешено.
Да, часто встречались. Потому что сразу после бракосочетания Олин муж начал заниматься строительство дачи в Гатчине – и постоянно заезжал в торговые точки, где продавали компьютерными играми производства его фирмы. Оля не жаловалась. И Руслан не жаловался. И он давно привык к чужому семейному помещению. И пару раз случайно оставил там пару своих объективов. Но его догнали, вернули… Однажды даже попросил Олю постирать ему рубашку. Квартира у нее была двухкомнатной – не надо думать, что она жила в чем-то шикарном. Зал объединен с кухней – почти студия, а если говорить честно, то просто хорошо отделанная хрущевка.
Через полчаса они лежали на кровати – и Руслан спросил – как там дела?
– Неплохо, все хорошо.