Пчеловод-практик и пытливый мыслитель не мог, конечно, мириться с первобытным извлечением меда, приводившим к гибели части пчел. И то, что он предложил - рамчатый улей, - сделало революцию в пчеловодстве.
Улей этот не сразу, не тотчас вытеснил с пасек дуплянки. Надо было преодолеть традиции, понадобилось изобретенье вощины («канвы», по которой пчелы «ткут» свои соты), изобретение медогонки с центробежным извлечением меда из рамок. За полтораста лет в улей-«комод» Прокоповича внесено шесть сотен разных добавок и улучшений. И все же первый улей от современных отличается меньше, чем, скажем, нынешний самолет от первых летающих «этажерок».
Прокопович сделал изобретение великое. И сам он хорошо понимал это. Первым своим ульям он давал имена. Самый первый был назван «Петербургом». Был улей «Гоголь», «Шевченко».
Авторитет и слава знаменитого пчеловода были очень большие. Ему посвящали статьи в петербургских, парижских, берлинских журналах, помещики всей России посылали на знаменитую пасеку к Прокоповичу учиться молодых пчеловодов. С открытием специальной школы (1828 год) сюда приезжали учиться венгры, поляки, чехи, итальянцы и немцы. Прокоповича назовут основателем отечественной пчеловодческой науки. Но уже при жизни учение пасечника перешло к народу, разошлось по России сотнями учеников и последователей.
Большую роль в этом сыграла «царская пасека» в Измайлове. Некогда «цветущий хутор» царя Алексея исчез. Но именно тут «Русское общество акклиматизации животных и растений» решило устроить пасеку, назвав ее «Царской». Она открылась в 1865 году и почти сразу стала «университетом» по изучению и пропаганде обновленного пчеловодства. Старые дуплянки-колоды были тут уже музейными экспонатами. Разборные ульи! Вот что требовалось внедрить в пчеловодство. Пожелтевшие фотографии сохранили нам облик той пасеки. Всюду рамочные ульи и деревянные терема построек. При пасеке были образованы курсы молодых пчеловодов, сюда приезжали «хоть на недельку» из дальних российских мест. При «царском пчельнике» был создан музей пчеловодства и организована передвижная пасека на речной барже. Сначала она плавала по Москве-реке до Бронниц, позже - по Оке до Коломны, Серпухова, Калуги. Повсюду колоды на пчельниках вытеснялись рамочными ульями...
После революции 17-го года измайловское «медовое место» было заброшено. Где стояли постройки царя, был создан рабочий поселок. Пасеки в нем не было, а сохранившиеся деревянные строения сгорели недавно, в 1972 году.
И вот пришла мысль возродить в Измайловском парке «царскую пасеку». Работа начата. Уже стоят под липами близ пруда несколько десятков разноцветных ульев. Побывав в Измайловском парке неделю назад, я застал молодого энтузиаста возрождения пасеки - пчеловода, окончившего Тимирязевскую академию, Кирилла Полякина. Пуская дымок, пасечник осматривал ульи, перед тем как поставить их на зимовку в омшаник. А под крышей управления пасекой директор Измайловского парка Валерий Михайлович Герасимов угостил меня прозрачным, янтарного цвета медом этого года. За чаем поговорили о пасеке.
«Школой она стать не может, для этого есть сейчас курсы и техникумы. Наша задача - напомнить: была в этом месте знаменитая пасека. Возрожденная полтораста лет назад, она сыграла большую роль в становлении современного пчеловодства. Если сумеем создать тут музей, история пасеки и пчеловодства в России в нем будет показана. Пасека важна нам также для опыления пчелами парковых насаждений. Городские дети приходят сюда на экскурсии - важно им показать, где и как рождается мед»...