— Я предлагаю сделать это как можно скорее.
— Мы можем пустить на базу микророботов, — предложил герцог. — У нас на борту тридцать капсул и по десять тысяч единиц. Они обследуют любой недоступный уголок, и мы узнаем если смысл в высадке десанта.
— Извините, но микороботы слишком медлительны. На обследование нескольких десятков зданий у нас уйдет пять — шесть суток. Мы не можем столько ждать. Необходимо проверить базу сейчас, пока координатор не оправился от жаркой встречи с Леглусом, пока он не окреп в подозрениях и не решил помешать нам силой, значительно возросшей с прилетом "Анхаро", — Глеб встал и с нажимом проговорил: — Отдайте команду готовить Серебряных Птиц для десанта. Только об этом лучше пока не говорить Леглусу, нахально убеждающему вас в гибели всей команды корвета. Место нахождение базы я приблизительно знаю. Нужно скорее провести широкополосное сканирование, получить трехмерные снимки всех построек, прилегающей местности и подготовить план штурма так, чтобы свести к минимуму потери среди землян и десанта.
20
На следующий орбитальный виток три катера класса «Керста» были готовы к вылету. В два из них загрузилось по отделению Серебряных Птиц и боевому роботу модели «Рай-Нииро». Эти небольшие, хорошо бронированные машины в основном предназначались для краткосрочного прикрытия мобильных групп. По распоряжению Кэорлана техники сняли с них модули с парными фауззерами и масс-импульсные подвески, на освободившиеся места установили генераторы защитного поля. Энергообеспечения роботов хватило бы всего минут на двадцать поддержки прожорливых «ежиков», ткущих силовые щиты вокруг космопехоты. Но по задумке Быстрова и Ниориадана, командовавшего Серебряными Птицами, этого времени должно было хватить, чтобы одна группа добралась до здания особо отмеченного Орнохом Вархом, другая до главного лабораторного корпуса и бегло его осмотрела — склады и многочисленные пристройки уже как получиться.
Перед вылетом возникла лишь одна проблема: Ивала Ваала.
Она ворвалась в ангар в полной экипировке и заявила:
— Я полечу, Глебушка! И попробуй, скажи, что нет!
— Нет, — откинув щиток шлема, внятно произнес Быстров.
— Ты не имеешь права запрещать! У меня предчувствие!… Понимаешь, у меня дикое предчувствие — я там нужна! Там может быть Сашка! Или мы как-то выйдем на его след! — черные звездочки зрачков галиянки, уперлись в землянина с такой твердостью, что казалось не выдержит его многослойная броня.
— Товарищ Ваала, твои мышечные функции восстановились только на семьдесят процентов. У тебя заторможенная реакция. Ты это понимаешь? — успокаивающе проговорил капитан "Тезея".
— Семьдесят процентов, да? — Ивала подступила к нему, незаметным движением перехватила свободную руку землянина, качнулась вправо и влево, словно мелькающая тень, и Глеб с грохотом упал на пол. Один из соседних десантников тоже оказался лежащим под стабилизатором космолета.
— Черт, — без удовольствия процедил Быстров и, опираясь на локоть, признал. — Как бы уговорила.
— В какой машине прикажите расположиться? — Ивала улыбнулась с неземным очарованием.
Глеб тряхнул перчаткой в сторону «Нолда-1285», поднял парализатор и направился к шлюзу за галиянкой, сводившей с ума экипаж эсминца своей соблазнительной походкой.
Когда провожавшие удалились из ангаров и насосы откачали воздух, створки распахнулись, обнажая черный космос, полный алмазных искорок звезд. Катера выскочили из-под днища «Тирату» и понеслись к Земле. Несколько минут они были видны на обзорном экране эсминца крошечным треугольником с золотистыми вершинами. Затем пилоты космолетов активировали невидимость, и треугольник потух над дымчатой дугой атмосферы.
Все три «Керсты» спускались медленно, чтобы не допустить перегрева наноинженерного покрытия. Внизу лениво проплывали клочья облаков, в их разрывах поблескивал океан, посеребренный луной. Изредка взгляд цеплялся за одинокие огни какого-нибудь морского судна или мигающие маячки самолетов. С запада из тьмы наползали японские острова, правее проступала грядя Южных Курил.
— Так какое у тебя предчувствие? — тихо спросил Быстров, положив ладонь на коленку Ивалы.
— Волнительно мне. Что-то произойдет, — галиянка посмотрела на таймер, отсчитывавший время до посадки, и позволила себе расстегнуть верх бронекосюма. — Такое ощущение, будто в сознание тихо крадется что-то. Помнишь холодные рассветы на Хигосе? Как каждое утро между скал тянулся этот странный туман, обволакивал нас с головы до ног и приносил какие-то необъяснимые звуки, запахи и тревогу. Так же и со мной сегодня. Когда ты сказал, что вы летите немедленно на базу "Каракрут"…
— "Каракурт", — поправил землянин.
— Ну да. Как ты сказал и вышел из медмодуля, я закрыла глаза и почувствовала, будто меня обволакивает туманом. Будто он течет в сознание между островков мыслей, и отчего-то мне стало неспокойно. Не страшно, а именно неспокойно. Пришло волнение, будто без меня вы упустите что-нибудь или что-то пойдет не так.
— Эх, товарищ Ивала… На Хигосе у нас было одно волнение: будто мы не скоро подчиним "Тезей", — Быстров прищурился — прямо по курсу появился край солнца. — "И еще, что соседняя звезда искажает каналы туннельной связи", — мысленно добавил он.
Ваала словно распознала его мысль и сказала:
— Тогда тебя больше всего заботило отсутствие сообщений с Присты. Ты думал об Ариетте, Глебушка. Днем и ночью думал. И злился, что с ней стало все так, что она теперь императрица и за сотни световых лет происходит такой кошмар. Ведь правда, ты бы предпочел видеть ее ни во Дворце Теарими с величайшим Копьем Оро, а на своем корабле, какие бы беспокойства и беды это тебе не несло?
— Может быть и так, — Глеб пожал плечами. — Я бы просто хотел ее видеть.
Катера летели над Якутией, до посадки оставалось менее десяти минут. Бесплотные пальцы радаров ПВО с усердием ощупывали пространство вокруг, но обнаружить тройку пристианских космолетов у них не было ни каких шансов. На обзорных экранах зеленым потоком текла тайга, вспыхивали ленты рек, окрашенные закатом. Скоро острие целеуказателя изменило цвет, вместе с тем космолеты сбавили скорость и начали снижаться. Когда впереди показалась Обь, ведущий катер взял резко вправо, совершая разведывательный облет, два других неподвижно повисли в воздухе в трехстах метрах над верхушками сосен. Через минуту пилотам пришла ментальная команда от ведущего: отставшие «Керсты» заложили вираж на северо-восток, оставляя слева небольшой поселок возле реки.
База «Каракурт», внушительная даже на снимках с орбиты, была под днищами орбитальных машин. По ее периметру возвышались над бетонными плитами мачты охранных систем и сторожевые вышки с бронированными кабинами. Несколько похожих башенок торчало между алюминиевых скатов ангаров, над решетками энергостанции и возле пятиэтажек, разбросанных между деревьев. По площади и по широким улочкам прохаживались люди в камуфляже и немногие гражданские, не подозревая, что всего в пятидесяти метрах над ними беззвучно зависли три боевых инопланетных машины.
— Осмотрелись, господин Быстров? — спросил по пир-каналу Ниориадин — ему подчинялись Серебряные Птицы и он руководил операцией. — Давайте так: у нас три стандартных минуты чтобы внести коррективы в начальный план. Если вы видите что-то необычное или у вас возникли свежие мысли — говорите сейчас, потом нам будет трудно перестроиться.
— Свежих мыслей нет, — Глеб слабо улыбнулся. — Действуем, как договорились: вам лабораторный корпус с прилегающим ангаром, я с группой Элескрина прорываюсь к отмеченному зданию. «Нолд-1290» нас прикрывает. И… я хочу предупредить всех: здесь мы столкнемся не только с огнестрельным оружием.
— Мы это уже испытали, как у вас говорят, на собственной шкуре, — ответил Ниориадан, еще раз мысленно переживая стычку с земными спецназовцами, когда его неокомпозитную броню порвало на куски и жизнь ему спасла только решительность Элескрина.