«Песчаные крысы… все погибли… я последний… шорох сводит с ума… застрелил двоих… черное солнце… техника уничтожена… выйти пешком… воды мало…»
— На этом все — больше сеансов связи не было. — Кван убрал коммуникатор в карман.
— Чем занималась экспедиция?
— Одной из задач группы было исследование «Ока Баала» — сухо ответил мне кореец.
Я почесал в затылке. Оком Баала называли огромную песчаную бурю, которая уже лет двадцать бушевала над большей частью Ближнего Востока. Явление это появилось в конце двадцатых годов двадцать первого века, сразу после того как по планете прокатились три разрушительные эпидемии. Ослабленные и полумертвые народы Ближнего Востока не придумали ничего умнее как сцепиться в глобальной войне, которая привела в итоге к обмену ядерными ударами. Первыми применили бомбу израильтяне, и очень удивились, когда получили ответку — оказалось что немалая часть стран региона втайне обзавелись ядерным оружием и не постеснялась его применить. Там много чего нехорошего пускали друг в друга горячие семитские парни, и в итоге большая часть региона превратилась в покрытую стеклом радиоактивную пустыню непригодную для жизни. Народу погибло очень много, так что вскоре воевать стало некому.
Ну а после того как отгремели последние залпы самоубийственной войны пришла новая беда — гигантский водушный шторм невиданных масштабов накрыл регион. Явление это, которое было хорошо видно из космоса получило название «Око Баала». Те немногие города, которые уцелели в войне, были засыпаны песком, оставшееся население разбежалось по всем сторонам, вызвав миграционный кризис в соседних странах, Европе и даже России. Только со мной училось, помнится два парня из бывшей Сирии и это в Сибири! Помимо собственно песчаных бурь «Око Баала» гнуснопрославилось откровенной чертовщиной, о которой на переменах шепотом рассказывали наши сирийские одноклассники. Что-то там было про демонов песков приходящих по ночам, про смертельные удары которые получал человек, просто наступив на землю, про голоса в голове которые заставляли людей убивать членов своей семьи и тому подобную ересь. Понятно, что эти страшные сказки на чем-то реальном основывались, но я глубоко в тему никогда не вникал — как раз в это время у меня начались проблемы с дисциплиной и меня исключили из той школы.
— Я все еще не понял, как я могу вам помочь. — пожал плечами я.
— Через неделю по следам экспедиции пойдет поисковый отряд. Я хочу, чтобы ты был в составе отряда.
— Почему именно я?
Кван помолчал, потом объяснил, что в последнем отчете группа отчиталась о попадании в зону аномалий, которые представляли собой мигрирующие участки наведенного напряжения на поверхности почвы. Стоило человеку наступить на такой возникала разность потенциалов и следовал электрический удар разной силы — от шокирующего до смертельного. В том самом отчете сообщалось о гибели троих участников экспедиции от поражения электрическим током. Предполагалось, что на следующий день люди попробуют вырваться из ловушки, в которую сами забрались, но больше сообщений не было. Кроме того, последнего, но его и отчетом-то назвать сложно, больше похоже на бред умирающего человека.
— Главной твоей задачей станет выяснил судьбу одного человека — участника экспедиции, — добавил кореец, — Спасательную партию собирает организатор первой экспедиции, а его волнует не столько судьба пропавших людей, сколько результаты исследований и я уверен что отвлекаться на поиски конкретного человека он не будет.
— Этот человек ваш родственник?
— Племянник. Его звали… зовут Ын Джи Пак, вот фото.
Я поднял прилетевшее ко мне по столешнице фото и отметил, что племянник на дядю вообще не похож.
— Я знаю, что ты можешь видеть электромагнитные поля и легко увидишь аномалии с электрическим потенциалом на земле, Только это позволит мне внедрить тебя в состав спасательной группы — хозяева экспедиции отказались взять любого другого моего человека, у нас с ними натянутые отношения, к сожалению.
Я откинулся в кресле и задумался. То, что мое умение видеть электромагнитные поля уже известно неизвестному количеству людей, как минимум Квану не радовало. По-любому Виктор, сука, растрепал. С другой стороны, это открывает передо мной определенные возможности, которыми грех не воспользоваться. Я покосился в сторону прихожей, где за закрытой дверью сидел Виктор. В том, что он подслушивает, я не сомневался — дверь была тонкой, да и стена из гипсокартона звуки пропускала хорошо.