- Север твой дом. Мой южнее на две тысячи километров. Не такая суровая, но всё-таки зима. Дом он есть дом. - с теплотой в голосе говорил человек.
По пути обоз пополнился носорогами с седоками и санями. На встречу со стороны Цитадели, попались три военных отряда, по десять носорогов и сани полные солдат. Они двигались вглубь полуострова, вероятно для пополнения гарнизонов и зачистки волчих стай.
За стенами города, по тундре, мечутся стаи убийц. Зачем они пришли сюда? Столкновение двух миров, технологического и варварского. На Безымянных островах стоят на смерть пограничники. Орм и Белый камень стоят пустые и мёртвые. Через час его скрутила боль.
Глава 14
Камни, шаман, разговор
Жгло под правым ребром. Казалось что грудь и правый бок перетянули широким ремнём. При каждом вздохе отдавало болью. Он лежал на левом боку с ужасом понимая, что его настигло.
- Что с тобой? - взволновался носорог.
- Конец мне. Наверное. Не дотяну до Цитадели. - через боль ответил человек.
- Заболел? - Седой ещё больше забеспокоился.
- Два камня в жёлчном пузыре. Думал, успею прокачусь по северу и на операцию. Уже год как не беспокоили. Ох, дурак я! И лекарств нет с собой. - хрипел через вздох он.
Он с трудом проталкивал слова, как будто удав сжимал бока, не давая дышать.
- Что делать? До Цитадели шесть часов пути, там врачи и больница. - носорог размышлял.
- Морозит меня. Температура поднимается. Пить хочу. - бормотал сухими губами человек.
- Это опасно? - носорог что-то задумал.
- Камни двинутся, разорвут протоки и кровь внутрь пойдёт. Мясо копчёное, тряска в люльке, диету не соблюдал, вот результат. - пытался он объяснить.
Ворчун скорчился в люльке, стараясь найти положение при котором боль ослабнет.
Носорог плавно ушёл вправо и помчался по снежной целине, на восток.
- Я своим передал что мы к шаману. Они седокам скажут. - объяснил свой манёвр он.
Ворчун выпрямился и лёг на спину. Стало легче, боль притупилась. Время обеда, а у него нет аппетита. Короткий день катился на закат. Куда его понесло? Что дома не сиделось? Он смотрел в медленно темнеющее небо. Вот одна звёздочка заблестела, вот вторая замигала.
Шаман сидел в чуме, костерок слабо курился, мало тепла и много дыма. Шаман был не очень стар, шестьдесят пять лет от силы, глаза были молодыми и озорными. Трубка украшена золотыми кольцами. Он пускал ароматный дымок дорогого табака. Правнук девяти лет, усердно протирал серебряные чашки, кружки. Дедушка сказал к нам едут гости, будем человека лечить и чай пить. Откуда дед знает про гостей? Наверно белая сова принесла весть. Сова давно с дедом живёт. Правнук был уверен, что сова долгими северными вечерами разговаривает с дедом на человеческом языке. Вон она сидит на сундуке и крутит головой, мяса ждёт. Дед одобрительно поглядывал на мальца, хорошо воспитал сына внук. Трудолюбивый, молчун. Нужно спросить духов, подходит ли правнук для передачи его шаманских знаний, сможет ли он защищать род. Мальчик закончил дело, расставил чашки как велел дед. Проверил, кипит ли чайник. Принёс маленькие полешки, подкинул в костерок. Тепло дед любит. Дед улыбнулся, пошарив в кармане куртки, вынул загодя приготовленный подарок.
- Вот тебе от духов. - он протянул мальцу статуэтку.
Правнук с уважением принял подарок. Зашёл деду за спину, устроился, привалившись к спине деда. Он рассматривал подарок. Статуэтка изображала мальчика. Он подпрыгивал на левой ноге, вытягивая вверх правую руку и с его ладони вспархивала белая сова. Густой жёлтый цвет камня, согрелся в руках мальчика, источал слабый жёлтый свет. Стало спокойно и уютно, повеяло летом. Мальчик закрыл глаза вспоминая прошедшее лето. У деда скатилась слеза по морщинистой щеке. Вот ради кого нужно жить. Он ощущал спиной родного человечка. Для кого мы живём? Для них, ради наших потомков, внуков и правнуков.
Два часа бежал Седой к стойбищу старого шамана. Должок за шаманом был. Должен помочь. Вспомнил тот страшный день. Он поругался с подругой и ушёл от стада к Одинокой скале. Стоял, смотрел на бескрайние, снежные просторы. В душе кипела обида на любимую. Начиналась слабая метель. Там, внизу под скалой стояли чумы. Два дня назад пришел род ачей, стадо оленей сбилось плотнее ожидая метель. Собаки медленно кружили вокруг стада, охраняя и не давая слишком резвым оленям отбиться в сторону. В который раз вспоминал размолвку и сравнивал поведение человеческих женщин с поведением любимой. Один в один. Что хотят? Почему себя так ведут? Наклонил голову и понюхал свежий снег. Фыркнул, снег поднялся белым облаком сразу же унесённый начинающейся метелью. Кто-то поднимался по пологому склону скалы, он слышал шорох снега, шаги. Внутренне улыбнулся, понимая кто идёт к нему. Снежно белая красавица. Пушистая, длинная шерсть вихрилась от начинающейся метели. Она была прекрасна! Встала рядом, толкнула его круглым боком. Сама, сама пришла, пело его самолюбие. Он не знал женского коварства, уступить в малом и получить большее. Стоять на краю скалы, с любим существом рядом, это ли не счастье? Впереди восемьсот лет жизни и бескрайние просторы севера!
Стая пришла через час. Метель разгулялась и Седой с любимой спустились со скалы. Они медленно шли мимо стойбища. Волки с вожатыми напали на стадо. Собаки ачей приняли смертельный бой, неравный бой. Седой только что влюблённый, вдруг превратился в беспощадного бойца. Любимая билась рядом. Ослепленный яростью и страхом за любимую, он почти уничтожил стаю. Бил рогом. Топтал ногами поверженных врагов, не разбирая волк или хрипящий от боли человек. Родичи шамана успели убежать на карниз отвесной стороны скалы. Он помог шаману, пришел час помощи ему от шамана.
Ворчун охал и рычал от боли, когда его вытащили из люльки и несли в чум мужчины рода шамана. Раздели по пояс, в чуме было тепло. Дали пить, рот высох как в пустыне, стояла высокая температура.