— С вами буду я, — заметила Маэлла.
— В таких вылазках бывает всякое, — просто ответил Бранд. — Мало ли кто не доплывет.
— Почему четверо? — запоздало спросила Минолла.
— Потому что Лана Молния плывет со мной. Вместо себя оставляю Минта, пусть поет песенки и поднимает боевой дух.
Насчет его пристрастия к любовным делам Бранд говорить не стал, не сомневался, что Минт и так себя проявит, получит урок жизни. Или приятно проведет время, такое тоже вполне могло выйти.
— Омокла Акула, думаю, подойдет, — после раздумий предложил главнокомандующий Ласвасс.
— Он превращается в акулу? — заинтересовался Бранд.
— Да.
— Отлично, тогда можно не брать морских лошадок, поплывем прямо на нем.
Меньше живых и созданий, меньше заметность, меньше надо кормить и поить и так далее. В идеале вообще стоило бы отправиться одному, переброска телепортом и заплыв в алмазном теле, но увы, в подводной местности Бранд не разбирался.
— Все, значит выходит пятеро, — подытожил он.
Вечная беда команд героев — разрастание, чтобы закрыть все слабости и набрать живых с нужной магией, Особенностями и прочим, и в то же время необходимость сокращения, минимизации численности.
— Тогда не будем терять времени и отправляемся.
Подчиненная Халлы оказалась мелкой русалкой, размером в половину даже не Бранда, а Минта. Словно ребенок и Бранд подумал, что ее или тренировали, или подобрали за такую внешность. Затем он вдруг понял, что местами ей удаляли чешую, дабы создать такой эффект. Легче притворяться, легче скрываться и внедряться. Особенность Взгляда Ветерана работала и под водой, и он видел, что на самом деле она примерно ровесница королевы Маэллы, которая приближалась к полусотне лет.
— Я эта, не могу постоянно акулой быть, — проворчал Омокла угрюмо.
Бранд только покачал мысленно головой. Все эти задержки и несостыковки наспех добавляли нервозности, ощущения будущей неудачи.
— Ниталла? — повернулся он к подчиненной Халлы. — Вы сможете переместить нас и пять дельфинов?
Боевых дрессированных химер, которых называли дельфинами по привычке, как оркских химер именовали лошадьми. Заостренный длинный костяной нос, добавленная магия воды, особо обтекаемая форма тела, в то же время подстроенная под седока-наездника, которому предстояло держаться за наросты на плавниках или углубления в теле.
Перепончатые пальцы и ноги глубинников и без того давали им преимущество в обычном плавании, которое нельзя было устранить одной лишь повышенной силой Бранда. Еще имелись варианты тащить за собой Лану или посадить ее в карман, раз уж сидела однажды, но тут возмутилась сама Молния.
— Конечно, — кивнула та уверенно.
— Тогда вперед.
Они уцепились за дельфинов и те помчались, следуя командам вожака, которого направляла Маэлла при помощи особого амулета управления. Бранд проверил новую Особенность, дельфины откликались, готовы были слушаться, но только если просьбы Бранда не противоречили приказам обладателя амулета. Нацепили маски и шапочки «под чешую», комплекты перепонок, подготовленные ранее для первой группы сухопутных героев, также Лане и Бранду выдали парные браслеты, отводящие внимание от тел. Слишком сухопутных тел.
В общем, лучше было не заплывать в поселения и огибать других глубинников.
— Приготовились!
Переход, но в то же время словно ничего и не изменилось. Все такая же зеленовато-мутная вода примерно той же температуры и давления. Состав маны изменился, отметил Бранд, но без умений манолога он этого в жизни не ощутил бы (да и не старался бы). Скорее всего глубинники ощущали разницу, а возможно ориентировались и на свое врожденное чувство моря, которое помогало им, словно эльфам в лесу или гномам в горах.
Человек опять выходил без врожденных чувств, вроде и слабее, но в то же время свободнее, универсальнее.
— Ниталла? — спросил он сотрудницу Стрекала.
Лана спокойно висела в воде, а Бранд опять подумал про уравновешивание выталкивающей силы, врожденное свойство глубинников. Для них это было все равно, что для сухопутных находиться в воздухе, ведь никто еще не жаловался, что воздух взял и поднял, вытолкнул его в небо.
Ради интереса отменил Особенность, сразу ощутил себя иначе, вернул все, как было.
— Я подобралась максимально близко без опасности обнаружения, — ответила та, подплывая ближе. — Это ядовитые равнины Келлаха, сюда приплывают только в сезон сбора, и до него еще полгода.
Чувство Опасности в Бранде звякнуло, и он заметил движение снизу. Медузы поднимались плотной толпой, а Маэлла и Омокла дернулись в испуге. Уровни медуз были не так уж велики, стало быть, яд или еще что, подумал Бранд, всплывая выше, и вглядываясь в глубины.