— Да, — прошептала Олесса. — Надо будет расспросить королеву Амали о ее матушке, или лучше героя Три Стрелы, что тут было во времена Бранда.
— Погодите, — вскинулась Иааиуиэль, — дайте я расскажу. Нас не подслушивают?
Марена молча продемонстрировала какой-то амулет из связки.
Выслушав рассказ Иааиуиэль, Марена пришла в сильнейшее возбуждение.
— Мне показалось, что Три Стрелы словно одержим или околдован! — заявила она. — Я потому и заводила разговоры о наставнице Феоле и дриадах, чтобы спровоцировать в нем разные отклики! Теперь все сходится!
— Околдован… любовью?
— Разве не пустила королева Амали сюда жрецов Адрофита? Разве не говорила она с тобой об Адрофите, не Филоре? Разве не ощутила ты внезапной любви к тем, кого всегда ненавидела?
— Да, — пробормотала Иааиуиэль, — удачно получилось.
Так бы и не поняла ничего.
— Хорошо, что Гатар с нами не приехал, — пробормотала она.
Олесса посмотрела удивленно, а вот Марена поняла сразу. Она — беременная эльфийка и Гатар считал ее привлекательной. Амалиниииэ — беременная эльфийка, да еще с умениями Адрофита. Вполне могла и соблазнить, заморочить голову, как Миониалиоуэлю. Гатар спал со многими, только в прошлые времена Иааиуиэль и в голову бы не пришло ревновать боевого товарища.
— Да уж, если она Алхимией обошла защитные амулеты, — нервно отозвалась Марена, дергая рукой, как будто хотела ухватиться за косу.
— Все это лишь догадки, — сказала Олесса.
— Я ощущала в нем кровь и смерть, и все это было как-то связано с дриадами.
— Тебе жаль дриад?
— Мне жаль всех, — проворчала Марена, в это мгновение как никогда напоминая Бранда. — Помогите нам, Олесса, и обещаю, когда дед вернется, я скажу ему, что вы помогли Стордору.
Олесса замерла, а Иааиуиэль мысленно улыбнулась и потерла руки. Манипуляции влюбленными при помощи правды, спасение дриад, заговор беременных королев! Вот это была жизнь, чего она боялась⁈
— Ради Стордора он покинул свое уединение, ради Стордора остался и помогал королевству встать на ноги, хотя дела героя звали его на восток.
Глаза Олессы вспыхнули, расширились в синие озера и Иааиуиэль поняла, что императрица им поможет.
Глава 30
Гигантская акула резала воды и под ней, вцепившись в белое брюхо, практически незаметный в вихрях воды, висел голый, прозрачный Бранд в алмазном теле.
— Не верю, что я на это согласился, — ворчал Омокла.
— Не верю, что ты до сих пор ворчишь, — сообщил ему Бранд, опять проверяя свою новую Особенность.
Омокла чуть дернулся, но не сбился с курса.
— Эй, эй, кто пропустил акулу?
— Убить ее!
— Они хотят испортить ритуал!
— Не подпускайте их к алтарю!
Воду прочертили несколько струй воздуха, в которых мчались мини-копья. С метанием всякого в воде были проблемы и поэтому здесь были больше распространены бои на холодном оружии и удары магией. Зачастую тоже холодной, ибо вода прекрасно обращалась в лед (что дополнительно помогало против демонов). Бранда словно окатило холодной водой, заклинание соскользнуло с алмазного тела, затем с Акулы и не смогло зацепиться.
Россыпь режущих кристалликов льда ударилась в тело, отскочила, оставив пару тут же заживших царапин.
— Сброс! — почти выкрикнул Акула, изгибая тело и уходя от заклинаний.
Бранд разжал руки, мысленно одобряя подводного героя. Не растерялся, все сообразил, тут же воспользовался новой возможностью, ускоряющей общение, благодаря взаимодействию его акульей формы и «рожденного в пучине». Акула продолжал мчаться вперед, Бранда подхватило потоками воды вокруг него и в то же мгновение сверху обрушился мощнейший удар хвостом.
Ноги Бранда, успевшего перекувыркнуться в нужную позицию благодаря этим самым вихрям и потокам, созданным движением Акулы, затрещали и захрустели под ударом. Его швырнуло вниз, резко уводя к скале, под которой прятались герои. Из кармана Бранда вылетело три флакона, которые тут же попали под удары водной магии, обрушивавшейся на Акулу.
Бранд заработал ногами, увеличивая скорость, приданную ударом хвоста Акулы, нацепил полетный ранец, ускоряя им свое продвижение и создавая след из пузырьков. Долго ранец не проработал бы, но сейчас счет шел на мгновения.
За спиной Бранда вспыхнуло огненное облако, сжигающее все на своем пути.
На руках появились перчатки, хорошие подводные перчатки, но увы, тоже одноразовые.
— Что?
Несколько глубинников, из числа осаждавших скалу. Все они потеряли несколько мгновений, благодаря особенности «рожденного в пучине». Восприняли Бранда дружелюбно, а потом стало слишком поздно.