Эвелин раздражённо провела языком за верхней губой, и открыла глаза.
— Теперь уже не отвертишься, – уродливо улыбнулся Кардинал ей в лицо, – пора делать выбор.
Евгений Удачин скакал на лошади по оживлённой дороге портового города Бранд-Лонда. Его серый плащ развивался на ветру, оголяя две кобуры, в которых лежали свежевычищенные скофилды. Он отомстил одному человеку лишь ради того чтобы теперь пытаться мстить другому. Почему его судьба быть вечно одержимым? Почему он не мог отправится на материк к жене? Честь? Верность? Или какие-то незримые идеалы? А может, Евгений просто должен всё время кого-то ненавидеть, чтобы не сойти сума? Нет. Он уже сошёл сума, в этом мире все свехнулись, разница лишь в степени уродства. Так или иначе, его цель – Элиза Продитор. По все территории, доступной для Западной миротворческой компании уже развешивают баннеры с её лицом. Этой суке не скрыться от правосудия, не скрыться от Удачина…
Шестнадцатого Октября Винс Пари как обычно проснулся на своей мягкой кровати, являвшейся самой ценной вещью во всём его доме. Он посмотрел на часы: без шести полвосьмого, нужно поспать ещё четырнадцать минут. И без лишних мыслей Винс тут же засыпает, чтобы спустя жалкие минуты проснутся, удовлетворится тому, что время семь сорок и медленно встать. Затем он потягивается. Количество распрямлений рук может варьироваться от к раза к разу, но никогда не превышает шести раз. Следующей частью утреннего ритуала становится чаепитие. Заваривая чай, Винс задумался, как хорошо жить на материке, тем более загородом. Здесь так спокойно, хоть все вокруг постоянно озабочены событиями в Европе, его совершенно это не трогает, напротив, он благодарен некромантам за то, что те так хорошо изменили его жизнь. К тому же этот чудесный дом достался в наследство от дяди. Выпив чаю, Винс готовит себе завтрак. Спешить некуда, на службе все знают, что Пари придёт ровно в полдесятого. Размеренная трапеза на веранде его скромного, однако, своего собственного дома даёт образец очередному спокойному дню. За завтраком следует сбор всего необходимого для работы, и вот, наконец, француз-полукровка покидает своё уютное гнёздышко. Пока Винс Пари припеваючи следует на службу, стоит обратить внимание на его происхождение.
Винс родился шестого Июня 1856 года в городке настолько незначительном, что упоминание его названия не будет иметь никакого смысла, разве что, можно акцентировать внимание на том, что поселение это находилось вблизи границы Франции с Германией (Которая, однако, тогда ещё так не именовалась). Отец француз, мать возможно немка, но не точно, ведь Сир Пари забрал ребёнка из рук молодой красавицы сразу, как узнал о его рождении. Безымянная девушка же скончалась спустя пару месяцев от болезни. В любом случае Винс не винил отца за совершённый им поступок, ему было абсолютно плевать на то, кем была его мать, и что с ней стало. С чего это вдруг ему надо скорбеть по тому, кого и не помнит, пусть даже это его мать? Пьер Антуан Пари же ничего и не скрывал от своего сына. Напротив, он растил того открывая мир во всю его величину, и кошмар. Любознательность в семье поощрялась, так же как и трудолюбие, у отца было достаточно денег, чтобы дать Винсу хорошее образование и воспитание. Когда юноше исполнилось двадцать лет, родитель отослал сына из дому, чтобы тот сам учился, как жить, и зарабатывать себе на существование.
По роковому велению судьбы, отец Винса умер спустя два года после отправки сына, и какого же было удивление последнего, когда в завещании ему не уделялось ровным счётом ничего. Впрочем, печаль длилась недолго, брат отца относился к сыну своего родственника с большей любовью, чем тот сам, и он предложил Винсу перебраться в Америку, поближе к себе. На материке Винс и сократил своё имя.
Шествуя по улицам индустриального городка, Винс любуется окружающими его кирпичными зданиями, мануфактурами, заводами и монструозными поездами, везущими самые передовые разработки по борьбе с угрозой некромантов. Возле салона цирюльника Пари встретил своего коллегу – Билла Тупмона. Этот полный мужчина, постоянно одевающий рубашки в клетку, не нравился Винсу, впрочем, как и большинство его сослуживцев, однако просто отмахнутся от него, было бы невежливо. Между двумя совершенно разными личностями, идущими в одном направлении, завязался разговор. Этот диалог совершенно не имел смысла, и походил скорее на полусонную перекличку, в которой приятели пытаются не заснуть, постоянно взывая друг к другу. Такое начало дня совершенно не нравилось Винсу, он ненавидел бессмысленные действия.