Удачин сделал пару выстрелов из-за угла. Одна пуля вылетела в окно, вторая попала Тупмону в живот. Пари бросил, стонущего от боли человека на пол, и спрятался возле дверного проёма в соседний офис, из которого уже выбежали все люди. Нервно прислушиваясь, он начал перезаряжаться.
Пари ждал атаки из своего офиса. Удачин знал это и поэтому, под шум шагов убегающих рабочих, прошёл по навесу к двери помещения, в которое перебежал его противник. Пари насторожился от долгого затишья. Времени на перезарядку было достаточно, даже для самого непослушного пистолета, однако враг всё не атаковал.
Вдруг в дверной проём плечом влетел Удачин, беспорядочно стреляя из двух Скофилодов. Пари, мысленно хваля себя за настороженность, тут же бросился в первую комнату, сделав на бегу выстрел. Если бы Удачин забежал в офис, эта пуля могла стать для него смертельной, выстрел Пари был чётко выверен, однако рассчитан на человека стоящего, Удачин же влетел, в комнату тараном и упал на плечо, что и спасло его.
Забегая в комнату Пари рассудил, что этот офицер наверняка пришёл не один или же скоро будет не один, и поэтому стоит поскорее уйти с завода, а затем просчитать дальнейшие действия. Решив это, француз не задерживаясь, выбежал из своего офиса и понёсся по металлическому навесу.
Поднявшись на ноги, Удачин услышал стук шагов по металлу и, недолго думая, шагнул на навес, сразу наведя дуло револьвера вперёд по мосту. Завидев бегущего Пари, он довёл прицел и выстрелил. Возможно из-за раны, возможно из-за лишней спешки пуля попала Пари в ногу. Взвыв от боли, француз мгновенно огляделся, понял, что до лестницы не добежит, и, перескочив через перекладину, спустился по большому станку вниз. Теперь бежать смысла не было, хромающего Пари однозначно настигнут, оставалось только драться.
Удачин, последовав примеру противника, спустился на первый этаж. Соперники потеряли друг друга из виду.
— Эй, русский! – закричал Пари, в надежде, услышав ответ Удачина, застрелить того по звуку.
Удачин вздрогнул. «Как он понял, что я русский?» — пронеслась в его голове мысль, — «По акценту? Нет, это невозможно. Мой английский безупречен, никто не мог вызнать в моём произношении русские корни. Но, откуда же он знает?».
— Я тебя помню сучёнок, – продолжал Пари, – живым ты отсюда не уйдёшь!
Удачин молчал. Пари пытался прислушаться к шагам, однако не мог их различить: судя по всему, где-то остался включённый станок, который предательски шумел. Вылезать же, не зная месторасположение противника, Пари не осмеливался, однако и ждать тоже не было выходом, вот-вот могла подоспеть полиция. Если убить этого офицера, то можно будет уйти по набережной, главное не медлить.
Пари достал кусок толстой ткани и стал перевязывать ногу. «Только бы не остаться хромым на всю жизнь из-за этого гадёныша» — думал он. Через минуту томного ожидания послышались шаги. Они были вкрадчивые, осторожные, и совсем близкие, буквально на расстоянии двух метров. Пари подполз к краю станка, и приготовился наброситься на врага, подходящего слева. Как только из-за механизма показалось дуло револьвера, Пари выскочил на Удачина, опустил его правую руку вниз (Пуля пролетела рядом с его ногой) а сам нажал на спуск своего пистолета, дуло которого было направлено в грудь противника. Однако выстрела не случилось – Удачин молниеносным движением схватил кисть Пари, подставив большой палец под курок, ударивший по ногтю вместо капсуля.
Соперники стояли лицом к лицу. Удачин поднял кисть, и выстрелил своим револьвером вверх. Пуля прошла сквозь левое ухо Пари, и немного царапнула череп. Тот, взвыв, бросился на противника всем своим телом. Удачин выкинул Пари, словно мешок, влево, но не рассчитал силы и француз, чуть не ударившись об соседний станок, смог перекатился за него, уйдя от поспешного выстрела.
«Ну и сила» — подумал Пари, держась за голову, и безумно глядя в проход между станками. Он не слышал шагов, в ушах завис зловонный писк, мешающий сосредоточится. Удачин пошёл вперёд. Пари знал это, хоть и не слышал, поэтому сделал несколько отчаянных выстрелов не глядя. Удачин прижался к станку, за которым прятался Пари, с другой стороны. Он видел, что его соперник отчаялся, и тому явно были непривычны такие стычки. Пари был отличным стрелком, и мастером прострелов. Он мог застрелить крысу сквозь стену по малейшему шороху, но он не был солдатом. Ему не приходилось сражаться с реальным врагом столько раз, сколько это делал Удачин, который не зря так был нужен компании, ведь являлся воистину волком войны, пережившим за свои немногочисленные годы множество боёв, как с некромантами, так и с живыми людьми. Пари понимал всё это, у него не было слепой гордыни, которая бы мешала смотреть на вещи здраво, он осознал, что имеет дело с профессионалом, и его главное оружие – уши уже вышло из игры. Оставалось только надеется на хитрость. Пари схватил со станка почти готовый револьвер, и выкинул его из-за угла.
— Ладно. Я сдаюсь! – Сказал он, стиснув зубы.