– Понятия не имею. Как не имею понятия, кто они такие и чего хотели.
– Они не сказали, чего от вас хотели? – с недоверием переспросил Файф. – Они пустились во все тяжкие, чтобы просто отпустить вас? Не задавая никаких вопросов?
– Нет, они не просто отпустили нас. Я подхожу к тому, как мы сбежали. Они собирались начать меня допрашивать, когда на выручку пришла Меган. Их было всего двое, в разных комнатах. Меган сумела оглоушить одного лампой по голове и вытащить меня. Оба будут в отключке еще долго.
– У вас не жизнь, а сказка какая-то, – заметил Файф; по тону было ясно, что ему трудновато поверить, что кому-то может так же постоянно везти, как Холлу. – А почему вами заинтересовались военные? Бессмыслица какая-то…
– Понятия не имею, – упорствовал Холл. – Но чего бы ни хотел их командир, он не похож на того, кто легко сдается.
– Где вы сейчас? – справился Коуэн.
Ник объяснил, что они забрали машину своих похитителей, и сообщил свое местонахождение. Коуэн покинул телеконференцию на несколько минут. Вернувшись, он велел Холлу выбросить телефон, доехать до ближайшего торгового центра и ждать, когда их заберут, перед витриной «Мэйси» на юго-восточном углу комплекса.
– Посланные мной люди будут менять машины и прибегать к другим трюкам, чтобы наверняка избавиться от небесного ока, – растолковал Коуэн. – После этого вы присоединитесь к Алексу и Хезер на конспиративной квартире в Сакраменто – чуть более сотни миль от вашего нынешнего местонахождения.
– Великолепно, – саркастически заметила Меган. – И как это я всю жизнь прожила без конспиративной квартиры, кстати, ни сном ни духом не ведая, что за чертовщина эта конспиративная квартира? А теперь две разом. Прикиньте-ка шансы.
– Послушайте, Кэмерон, – сказал Холл. – Нам нужно выведать, что к чему, прежде чем кто-либо узнает, где я. Теперь мне надо опасаться не только Деламатера, но и правительства. Так что знакомство с ФБР во вторник исключается. Вам придется состряпать для пресс-конференции какую-нибудь байку. Сказать, что я снова скрылся. Или выдумать еще что-нибудь. Но мне нужно выиграть больше времени, пока мы не разложим все по полочкам.
Последовало долгое молчание.
– Ладно, – в конце концов согласился Файф. – Об этом я позабочусь. Эд, найми еще бывших военных, чтобы заняться и этим. А я пока что потереблю свои контакты в попытке выяснить, что творится.
Беседа продолжалась еще несколько минут, прежде чем Файф и Коуэн дали отбой. Как только они отключились, Холл попросил Траута отключить его от громкой связи и перевести обратно на телефон Алекса.
– Меня не могут подслушать? – тихонько спросил он, когда это было сделано.
– Погоди, – сказал Альтшулер, сунув руку в карман и достав беспроводный наушник, чтобы вставить его в правое ухо. – Теперь валяй.
Холл, как мог быстро и без обиняков, ввел Алекса в курс случившегося на самом деле: что Гердлер узнал о его экстрасенсорных способностях и счел его слишком опасным, чтобы жить, страшась гонки пси-вооружений.
Альтшулер просто очумел. Последствия просто чудовищные, но раздумывать над ними некогда.
– Хорошая новость в том, что все мы доберемся до конспиративной квартиры без проблем, – сообщил Холл. – За этим стоят два человека – полковник Гердлер и майор Кэмпбелл, его заместитель. Но в сознании Гердлера я прочел, что майор Кэмпбелл не занимался внешним наблюдением, когда мы убежали. Гердлер сказал ему, что всё в ажуре, и приказал поспать.
– Почему?
– Полковник считал, что идет на подвиг, убивая меня вопреки приказу, и хотел, чтобы майор был чист, если это когда-либо выйдет на свет. Правдоподобное отрицание… – Холл помолчал. – Но теперь, когда люди, которых Гердлер отправил за тобой и Хезер, вынесены за скобки, а сам полковник пробудет в беспамятстве еще пару часов, никто за нами не следит.
– Рад слышать, – отозвался Альтшулер, тщательно выбирая слова, поскольку Траут его слышал. – Информация о начальстве – как раз то, что доктор прописал.
Он знал, что Холл достаточно сообразителен, чтобы понять его слова. Раз Гердлер ослушался приказа, Нику нужно перекинуться парой слов с лицом, отдавшим этот приказ.
– Мне тоже это пришло в голову. Проблема в том, что его начальник – генерал – тоже не хочет меня отпускать. Я нужен ему в качестве морской свинки. И оружия. Но над этим мне определенно стоит поразмыслить. А пока суд да дело, как прошла операция?
– Безупречно, – произнес Альтшулер обыденным тоном из-за Траута, даже намеком не выдав энтузиазма, который при других обстоятельствах так и фонтанировал бы из него. – Как в сказке.