– Нет. Ник не такой. Он знает, что присутствие телепата воспринимается как угроза, и ни за что не полезет в чужую голову без нужды. Просто я и сама вижу.
Хезер подтвердила, что имеет определенный интерес к Алексу – и верит, что тот тоже.
– Может, в воду чего подмешали? – заметила Меган. – Кажется, Ник мне очень нравится, но учитывая, что вы с Алексом тоже запали друг на друга, может статься, что если мужчину и женщину столкнуть поневоле в скороварке вроде этой, их гормоны начнут чудить с их мозгами.
– У некоторых биологических видов отмечено, – сообщила Хезер, – что если еды и места для жизни достаточно, а популяция резко сократилась или испытывает стресс, индивидуумы испытывают желание спариваться чаще. Типа природного способа ускорить возрождение популяции, оказавшейся под угрозой. Но я не думаю, что дело в этом. Во всяком случае, у нас с Алексом. Мы типа были неравнодушны друг к другу и до того, хотя делали вид, что это не так. Вот почему Алекс и остановил выбор на мне.
– Как бы там ни было, – ухмыльнулась Меган, – у меня есть чувство, что у нас нынче ночью будет две пары, пытающихся, гм… восстановить популяцию, так сказать. Будто мы в каком-то сюрреальном летнем лагере, где мальчики и девочки разбиваются по парам, чтобы заняться ночной гимнастикой, избегая бдительных взоров вожатых.
– А вожатыми выступают Эрик Траут и Тайрон Тьенда?
– Именно. Хотя когда я ездила в лагеря, вожатые не были вышколенными убийцами с пистолетами. – Меган отхлебнула кофе. – Интересно, сколько имплантатов надо воткнуть человеку в башку, прежде чем мы избавимся от таких жизненных нужд, как утешение в объятьях собратьев-приматов?
Не успела Хезер и рта раскрыть, как в кухню ступил Альтшулер с возбужденно горящим взором, с порога спросив:
– Где Ник?
– Был в комнате с тобой, – пожала плечами Меган. – Может, пошел в туалет.
– Я погляжу, – бросил Альтшулер, удаляясь.
Пару минут спустя он вернулся с Холлом на буксире и провозгласил:
– По-моему, я нашел способ решить проблемку Ника.
– Фантастика! – Лицо Холла озарилось радостью. – Но, помнится, ты говорил, что любая возня с моими имплантатами может быть опасна.
– Говорил. Но я провел изыскания с мыслью о возможной подоплеке твоего состояния. И пришел к мнению, что должен быть какой-то частотный диапазон, на котором Интернет работает, а твои пси-способности – нет. Я уверен, что могу написать довольно простую итеративную программку, которую зашлю в твои имплантаты. Запрограммирую их на изменение частоты каждые несколько секунд. Тебе тем временем надо просто продолжать серфить в Сети и читать мысли. Уверен, мы найдем настройки, при которых Интернет работает, а твои экстрасенсорные способности исчезнут. Как только мы их найдем, я их зафиксирую и модифицирую твою прошивку так, чтобы имплантаты не принимали больше никаких модификаций настроек. Тогда ничто на свете не вернет их обратно.
– И надолго затянется подготовка с твоего конца? – взволнованно спросил Холл.
– Пару-тройку часов.
– Замечательно. У меня как раз будет время снять мой ролик для пресс-конференции. Если это сработает, Алекс, с меня обед.
– Ну, как я могу устоять перед такой мотивацией? – рассмеялся Альтшулер.
Извинившись, он улегся на кровать, закрыл глаза и сосредоточился на манипуляциях файлами и программами силой мысли, пока трое других перебрались в гостиную к телевизору.
За последние пять лет с конвейеров не сошло ни одного телевизора без возможности подключения к Интернету и без встроенной камеры высокого разрешения для видеоконференций и съемки простых роликов для «Ю-тьюба» – вроде того, которым Холл собирался заняться прямо сейчас, чтобы его показали завтра утром на пресс-конференции. Лучшие телевизоры и снимали, и показывали трехмерное изображение, и имеющийся в конспиративной квартире исключение не составил.
Единственная проблема состояла в том, что Холл не представлял, с какого конца взяться за дело. Они обсуждали это почти сорок минут вне пределов слышимости телохранителей, и в конце концов решили, что в видеоформате нипочем не доказать, что Холл может манипулировать Интернетом с помощью мысли.
Разумеется, если б он устраивал презентацию без записи, это было бы просто. Пусть несколько журналистов, пользующихся доверием публики, пошлют по текстовому сообщению на адрес его мозга, пока он стоял бы с завязанными глазами перед ними и, ко всеобщему изумлению, прочел бы эти сообщения им. Или попросили бы его зайти на случайно выбранные URL-адреса и зачитать найденные там страницы, чтобы они могли проверить точность его чтения по собственным компьютерам. На ум мгновенно приходили десятки захватывающих демонстраций.