Встречи с объектом будем проводить реже. Займемся сайтостроительством, благо шаблоны сайтов у меня имеются, главное — понять, что и к чему.
Второй момент. Похоже, что министр прав. Я допустил небольшой прокол в беседе с моим новым знакомцем. Нужно менять психологию, а то от меня за версту ментом прет. Те, кто работает под прикрытием, годами вживаются в новую шкуру, а я за пару дней хотел стать диссидентом. Меня как в школе милиции учили?
— Товарищи курсанты, — вдалбливали нам денно и нощно, — вы не должны ни о чем не думать в свободное время, а не то додумаетесь до того, что вас придется лечить по законам Ленина и Сталина.
— А что же делать в свободное время? — спрашивали мы.
— Как что? — удивлялись наши учителя. — Водку пейте и баб трахайте, их вон сколько ходит никем не обласканных. А если вас думы мучают, то думайте о том, как выполнить любой приказ вашего начальника.
— А если этот приказ незаконный? — ухмылялись мы.
— У начальников незаконных приказов не бывает, — объясняли нам, — все их приказы законные, потому что законы пишут для вас и простых обывателей, а не для начальников.
— Понятно, — думали мы, — чтобы стать над законом, нужно стать начальников. А кто же является законом для наших начальников, — спрашивали мы себя и сами же и отвечали, — над нашими начальниками законом являются их начальники, а для тех, еще большие начальники, а мы все начальники над нашими народом. Мы с ним что угодно можем делать, а он даже протестовать не может, потому что ему припишут сопротивление сотрудникам милиции и посадят в тюрьму. Я его буду табуреткой по голове бить и мне ничего за это не будет. А если он попробует рукой защититься от моей табуретки, то это уже будет сопротивление сотруднику милиции.
Сотрудников милиции бывших не бывает. Это как зараза. Как конвойники всю семью под конвоем в кино водят, так и милиционеры всю жизнь раскрывают преступления своих домочадцев. Пожарники все рвутся пожары тушить. Шофер даже в гробу будет жать на педали тормоза или газа, и переключать передачи в катафалке. Или военный. Тот вообще смотрит на какую-нибудь картину, пейзаж, например, и сразу думает, где он расставит пулеметы, а куда посадит гранатометчика, чтобы остановить колонну противника или отразить атаку. А вот чекист смотрит на портрет и определяет, не является ли этот человек врагом нашего государства. У всех и сны снятся профессиональные. Повариха, например, всю ночь шинковала капусту, а утром встает вся уставшая-уставшая, а ей еще на работу идти наяву капусту шинковать. Кстати, о бабах. Надо проверить, есть ли женщина у моего объекта.
Глава 27
Дня через два, основательно подготовившись теоретически, Лысенко без предупреждения нагрянул в гости к своему подопечному. И, как всегда это бывает, сюрпризы в наше просвещенное время не катят. Объекта не было дома. Около его дверей стояла симпатичная дама лет около тридцати, и остервенело нажимала на кнопку звонка.
— Вы не из ЖЭКа случайно? — Николай Иванович спросил это с сочувствием, прекрасно понимая, какая собачья работа у работников домоуправлений. — Если есть какой-то вопрос, то я передам Юлиану Васильевичу, вы уж не сомневайтесь. Он человек серьезный и вам сразу перезвонит.
Дама с каким-то сомнением и интересом посмотрела на мужчину, который и не собирался уходить от двери ее любовника. Глядя на него с верхней ступеньки лестницы, она видела коренастую фигуру и внутренним женским чутьем чувствовала самца, голова которого находилась где-то в районе ее пояса и сверлила ее глазами насквозь.
— Основательный мужик, — подумала женщина, — этот всю изомнет в постели, зато потом как принцессу на руках понесет, а Юлиан все стесняется показать, кто он на самом деле, хотя в нем тоже живет необузданный зверь, которого ни в коем случае нельзя будить. Еще не известно, кто из них более надежный. Но из этого можно веревки вить, а из Юлика и нитки не совьешь. Можно сразу за дверь вылететь и не надеяться, что он смягчится в своем решении. Девы проклятые.
— А вы сами, кто такой, — спросила женщина, — может, вы квартиру грабить пришли и меня от квартиры спроваживаете?