«Молодогвардейский коммунизм» основывается на безусловном (и добросовестном!) подчинении человека обществу. Причем приоритеты возрастают иерархически: семья важнее личности, друзья важнее семьи, дело важнее друзей.
Интересно, что герой такой фантастики может навсегда и с легкостью бросить возлюбленную, если вдруг понадобится отправиться в космос, под землю или в иное время («Темпоград» Г. Гуревича), но он не посмеет изменить ей с другой женщиной. Здесь «МГ» твердо стоит на страже общественной нравственности и морального облика строителя коммунизма.
А превыше всего страна, государство. Общемировые ценности игнорируются, если только Советский Союз не расширен автором до планетарных или галактических масштабов.
Столкновения между СССР и капиталистическим миром решаются в пользу СССР, противоречия между интересами нашей страны и человечества не рассматриваются.
Народ отождествляется со страной, а страна — с руководством. А поскольку у нас тем выше пост, чем человек старше и консервативнее, этика «МГ» обращена в прошлое, прославляя традиции отцов и дедов и славный наш ветеранский корпус. Симпатии авторов всегда на стороне старшего поколения.
Следствием тезиса о примате государства, гитлеровского по происхождению, является отсутствие личной свободы в светлом псевдофантастическом будущем. Чеканная энгельсовская формулировка вылилась у нас в блестящий образец военной диалектики: «свобода это демократия, демократия это порядок, порядок это власть, а власть это диктатура»… ничего подобного, разумеется, в книгах «МГ» не найдешь, там все гораздо тоньше: полная добровольность и осознание — «мол, надо, Федя». Но при необходимости — если человек плохо осознает или вообще осознает что-то не то, — можно использовать, к примеру, внушение во время сна — конечно же, с самыми добрыми намерениями. Только не надо оповещать пациента, потому как он может расстроиться, а общество такое гуманное… (Е. Хрунов, Л. Хачатурьянц. «На астероиде».)
В самом же крайнем случае придется немножечко обмануть. Скажем, посадить людей в тренажер вместо звездолета и пусть себе забавляются, а мы поучимся.
Однако тут и «молодогвардейская» критика почувствовала, что автор перешел все границы. Нельзя же, право: такое — и открытым текстом. Пришлось оправдываться: «Сложное ощущение остается после прочтения этой повести. С одной стороны — явная негуманность опыта, с другой — его очевидная необходимость». Очевидная… как знать, не подтвердятся ли при гласности слухи, что первые советские ядерные бомбы испытывались не то на заключенных, не то на военнослужащих.
«Первый шаг» неизбежен в обществе, этические принципы которого допускают манипулирование информацией, неважно — реальной или фантастической. Впрочем, деятелей «МГ» сие не пугает.
Их мораль позволяет решать за других, творя добро (добро?) над головой. Позволяет вершить судьбы рас и народов. Помните: «карают то, что им представляется злом?» Вот вам идеологическое оправдание Венгрии, Чехословакии, Афганистана. «Суверенитет личности» поныне остается для них пустым звуком, если не буржуазной пропагандой; как и принципы невмешательства, как и большинство общечеловеческих ценностей.
Этическая позиция «МГ» может быть сформулирована в одной фразе, в императивной формуле, очень простой, потому и обходящейся дорого.
Она была провозглашена на Съезде народных депутатов и вызвала бурные аплодисменты. Чему удивляться: люди, воспитанные на книгах «МГ», соответствующих кинофильмах и газетных статьях никогда не разглядят смысла, заключенного в бессмыслице, которую, впрочем, они тоже не увидят.
Между тем, первое слово в знаменитом лозунге Червонописского начисто отрицает третье, а второе, долженствующее служить логической связкой, лишь иллюстрирует тезис Ф. Дюрренматта: «когда государство начинает убивать людей…»
Они войдут в историю литературы тоже, эти слова первого секретаря Черкасского обкома ЛКСМ Украины.
«Держава, Родина, Коммунизм».
Держава!
Родина.
Коммунизм?
ЧАСТЬ II
Социология в контексте псевдокультуры
Куда ни кинь — везде клин…
Стиральный порошок закупаем у Турции, сыр и масло — в Финляндии, детское питание — в Югославии, колготки и туфли, кажется, по всему миру. Котируется лишь импорт. «Советское — значит отличное».