А «Это», в свою очередь, тихо привыкает к новому миру, свыкается со своими новыми собратьями, смотрящими вперёд, думает:
«Ну давай, начни говорить! На обмеривание друг друга взглядами, приветствие, пожатие рук и другие приличия времени нет — как говорится: «Сразу сделаем дело, а дружелюбие проявите потом».»
Странное «Это» и Джейк привыкают друг к другу, тратя драгоценные минуты ускользавшего из–под ног экзамена.
Новый Глаз осматривается, позволяет немного прийти в себя испуганному объекту помощи и говорит:
— О, Владелец моих безукоризненных ресниц, потрудитесь объяснить суть вашей проблемы. Телепатией я пока не овладел, хотя на курсы записался. Не спрашивай кто я — на это у нас совершенно нет времени. Сконцентрируйся. Отдышись. Постарайся вычленить самое важное из того, что ты хочешь мне сказать. Не прыгай с темы на тему. Избегай деепричастных оборотов. Будь лаконичен. Можешь начать сразу после звукового сигнала. Туууууууууууу…
На ошарашенного сонного Джейка как будто выливают ведро холодной воды — странный гудок окончательно выводит его из анабиоза. Теперь голос «номер два» не кажется таким грубым, наоборот, успокаивающий и убеждающий поверить в себя. Джейк, несмотря на весь бурлящий внутри ураган, старается войти в образ профессионала, что неоднократно видел в своём окружении, и погасить холодным умом не на шутку взбушевавшиеся эмоции. Невозможно, но предпринять попытку стоит.
«А как это организовать, чтобы было и безопасно, и удобно для всех сторон? Вслух? Да нет — меня же все услышат! С другой стороны — никакого открытого контакта, ибо это нарушает границы личной гигиены. Только целевые действия. Активирую антисептический протокол!» — думает Джейк и достаёт антибактериальный спрей.
— Мой сладенький, не тяни резину! — перебивает его Око. — Меня уже тошнит от этих умных лиц у тебя за спиной. Давай ты мне мысленно передашь всю суть проблемы, и мы разойдёмся как в море две селёдки — я спокойно поплыву осматривать свой новый офис, а ты — выпьешь горячего шоколада, примешь душ и пойдёшь спать.
— Ну ...— смело начинает Джейк, и не понимает, как у него получается с первого раза не произнося ни звука беседовать с кем—то у себя в голове. — У меня возникли некоторые необъяснимые сложности. Я сталкиваюсь с феноменом, который можно назвать «локализованным когнитивным шоком». Его происхождение остаётся вне моего понимания... Возможно, мы сталкиваемся с преходящей амнезией, но факт неутешительный — мои познания за последние годы, включая историю Америки, Великобритании, а также мировую и европейскую историю, растворились, превращены в ничто, в пустое множество. Как будто чёрная дыра выпила мой интеллект и оставила только фантомные отголоски былого. Мне не удаётся воспроизвести ни одного имени, даты или события. Это представляется крайне странным, учитывая, что я всегда испытывал неизменное влечение к истории...
— Тууууу, туууууу, — нетерпеливо гудит Око и шумное эхо ударяется о стены черепной коробки, злобно вибрируя. — Пожалуйста, давай окончим наше знакомство с проблемой наиболее кратчайшим путём. Скажи, что тебе нужно — никаких отсылок к истории, как ты родился на свет, какое сегодня прекрасное утро или как тяжело жить без мозга — просто подними шлагбаум и дай с понимаем войти в твоё положение. — по–хамски настойчиво добивается своей цели.
Джейк обижается. Но чувство обиды — ничто по сравнению с его пытливым умом намеревается взять своё — где находится этот странный глаз?
Усевшись поудобней на стуле, он протягивает руку к затылку, медленно и осторожно, пытаясь нащупать новый глаз и взглянуть, как внутри головы будет реагировать экран. Ему неприятно, но любопытство сильнее всех страхов.
И вот, экран, который раньше показывал аудиторию, начинает мигать и трепыхаться, словно птица в клетке. На экране появляется огромная рука, ладонью направленной наружу, и она быстро приближается к невидимому глазу. Пальцы руки раздвигаются, словно хищник, готовый схватить свою добычу.
Джейк чувствует, как смешивается ужас и смех в его груди. Это выглядит ужасающе, как мелкий зверёк в когтях ястреба, но в то же время комично. Неизвестное и нахальное «Око» оказывается в ловушке — над ним замыкается темнота.
— Убери свои руки! — истерически кричит голос «номер два», а Джейк чуть не падает со стула — на него редко повышали голос, но учитывая, что этот крик раздаётся внутри его черепной коробки, это было даже более непредсказуемо и непозволительно. Непозволительно громко — от такого звука голова чуть не трескается как арбуз. — Не притрагивайся ко мне! Никогда! Если хочешь, чтобы я тебе помогал — живи по моим правилам: никогда, ни при каких обстоятельствах не прикасайся ко мне!