Даже это было лишь началом грядущего извержения раздробленных масс коры и мантии разрушившегося планетоида. Взорвавшееся ядро планетоида выбросило волну энергии, захлестнувшую космическую битву, продолжавшуюся даже перед лицом катастрофы. В ужасе сержант Магрон наблюдал, как огромный кусок черного базальта, величиной с сам линкор «Имперское возмездие», ударил по инкрустированному турелями головному кораблю оперативной группы. Удар разбил их обоих. Расколотый адамантий, искорёженный металл, разваливающаяся скала и перегретый пар с кислородом растворились во тьме в сутолоке разлетающихся обломков. Что-то врезалось в ракетную платформу и тоже понесло её в темноту космоса, прочь от огромного потока обломков, разбившего оба космических флота. Если бы сержант Магрон был просто человеком, первый удар мог бы убить его мгновенно, но он был космодесантником со сверхусиленным телом. Несколько обломков ударило его по касательной, повреждения, полученные организмом, были терпимы. Он выжил, ещё какое-то время его несло в обломках платформы, пока он не сорвался с неё, и не полетел, медленно вращаясь, глядя на кружащиеся вокруг него звёзды.
В течение долгого времени слабые отблески — куски базальта, глобулы остывающего металла или фрагменты космических кораблей — проплывали по краям его усиленного зрения на фоне спиралевидных звёздных туманностей. Наконец не осталось ничего. Ничего, что свидетельствовало бы о существовании одинокой межзвездной планеты, или возведенный глубоко внутри нее крепости, или об оперативной группе флота Империума, или о битве в космосе. Из коммуникатора не доносилось ни единого голоса, будь то друг или враг, лоялист или предатель. Никто не выжил, чтобы ответить на его призывы, он дрейфовал в космосе, и в радиусе десяти световых лет не было никого живого.
Он был совершенно одинок.
Часть десятая
ВЕЛИКИЙ ИЗОБРЕТАТЕЛЬ
— Скрхаак!
— Скриааааааааук!
— СКРЕЕАА-АААФ-ААФ-КК!
— СКРЕЕАА-АААФ-ААФ-КК!
Чи'хами'цанн Цунои, известный как великий демон Тзинча, Пернатый Владыка, Наблюдающий Повелитель Перемен, обладал ещё множеством титулов, хотя его собственное имя было известно только ему самому и высшему, самому возвышенному из богов Хаоса, Тзинчу, столпу неописуемого величия и хитрости, источнику тайного имени Пернатого Владыки, а также самого его естества. Чихами'цанн расправил крылья и полетел через беспокойные небеса варпа. Его острые формы блестела миллионами ярких цветов, длинная шея изгибалась в разные стороны, пока он спускался по бесчисленным уровням имматериума. Проницательные глаза, наполненные мудростью, сияли божественным светом, который ослепил бы любое смертное существо. Эти глаза предвидели великолепные дворцы, безжалостные конфликты, заговоры и контрзаговоры; ничему было не укрыться от проницательного взгляда Наблюдающего Повелителя Перемен.
И всё же всё это видимое им великолепие, большее, чем окружавшая его Галактика, было нефизическим. Его суть заключалась в мысли, эмоции, намерении, бестелесном сознании. Тела его созданий, их высокие дворцы, рай, чистилища, места мерзости были только видимостью. По правде говоря, там не было ничего, кроме психической силы.
Здесь было и другое, кажущееся тёмным царство, к которому сейчас спускался покрытый кристаллами Владыка. Царство материи. Нефизический имматериум и физический материум испытывали ужасное стремление друг к другу. Каждое физическое существо жаждало свободы и экстаза необузданного духа. Каждое нематериальное существо жаждало физического существования, чтобы полностью реализовать себя. Какой-то космический закон разделял их. И всё же им было возможно, или будет возможно, объединиться, что могло породить нечто неописуемо великое. Только тот факт, что в физическом мире существовал бог, настолько же могущественный, как и боги Хаоса, не давал этому осуществиться.
— Скряааак!
— Скриааааааааук!
— СКРЕЕЕАА-ААФ-АААФ-КК!
— СКРЕЕАА-АААФ-ААФ-КК!
Слуга Тзинча, Великого Заговорщика, открыл свой жёсткий изогнутый клюв и снова дал выход своему разочарованию и радости. Помимо своего тайного имени, которое давало любому, узнавшему его, власть над ним Пернатый Владыка, конечно же, имел имена, полученные им от других демонов. Одно он ненавидел: «Ткач Разваливающихся стратагем». Другие он нес с гордостью: «Искатель Путей», «Великий Изобретатель».