Приглядевшись, Кийт узнал того чешуйчатолицего грабителя с мерзкими бородавками, который напал на Кийта ночью в Ниане.
Недаром Чиангар говорил, что все это было подстроено. На самом деле, «бородавочник» был слугой Таррейтала, выполнявшим задания черноволосого принца.
Увидев их вместе, Хрипун от отчаяния почувствовал острую боль в позвоночнике. От ярости его бросило в жар, и где-то у шеи вспыхнула острая боль, как от ожога. Там словно вспыхнуло пламя, и тут же поползло вниз, воспламеняя все позвонки, один за другим.
Заметив Кийта, стоявшего наверху, Лиа-Лла закричала:
— Хрипун, помоги мне!
Собрав все силы, она вырвалась из рук чешуйчатолицего и бросилась к галерее. Но «бородавочник» тут же догнал ее и грубо остановил, схватив за волосы. Вцепившись пятерней в густые пряди на затылке, он отогнул ее голову назад и проревел:
— Стой на месте!
В ушах Кийта бешено зашумело, и он всем телом рванулся вниз. В этот момент ему ничего не стоило разорвать «бородавочника» на части.
Но не успел он опустить ногу на металлическую ступеньку, как ментальный импульс остановил его, ударив в мозг ледяной струей.
— He двигайся, — приказал принц. — Стой на месте!
Ярость клокотала в сознании Кийта, и он судорожно пытался сопротивляться холодной телепатической мощи.
— Отдай зеркальный шар! — ровным голосом сказал Таррейтал. — В этом случае я отпущу твою девицу к тебе.
Он помолчал и невыразительным голосом предупредил:
— Если будешь упрямиться, я заставлю ее поднять твой кинжал. Тот самый кинжал, которым наказал себя Чиангар.
Его голос звучал настолько убедительно, что Кийт застыл в нерешительности.
— Твоя девушка не будет прикасаться к своим глазам, — усмехнулся Таррейтал. — Нет, пожалуй, она покажет нам свою грудь…
Принц бросил оценивающий взгляд на фигуру Лиа-Лла и одобрительно заметил:
— Красивая грудь! Очень красивая… Если ты не отдашь мне зеркальный шар, она отрежет ее твоим кинжалом. Сначала отрежет левую, а потом правую…
При этом он посмотрел на труп, лежащий в огромной луже крови, и хмыкнул:
— Жалко, что Чиангар не увидит этого. Он был большим ценителем женской красоты.
— Хрипун, мне страшно… — простонала девушка.
Зеленые глаза Лиа-Лла с мольбой взглянули на Кийта.
Больше всего на свете он хотел наброситься на Таррейтала. Кийт вцепился бы в него, как разъяренный зверь, и вырвал бы его черные глаза, чтобы утолить жгучую ненависть. Но он с ужасом чувствовал, что сил на это не было.
Пальцы задрожали. На негнущихся ногах он подошел к коробке, стоявшей за спиной Джиро, и взял сферический сверток.
В его сознании все время звучал голос Пера Лелио. Аббат предостерегал его, он говорил о том, что нельзя отдавать «Око владыки» этому страшному человеку. Кийта не покидало ощущение, что он делает нечто ужасное, но он смотрел на Лиа-Лла и не мог сопротивляться.
Перед глазами плыл туман, когда он протянул увесистый сверток черноволосому принцу.
— Нисколько не сомневался в том, что ты принадлежишь к здравомыслящим людям, — холодно заметил Таррейтал.
Он развернул сверток, и снова яркие искры полыхнули в полутемном помещении.
На мгновение Таррейтал застыл, впившись безумным взглядом в скользящие по стенам разноцветные сполохи, а потом направился к выходу.
Лиа-Лла подбежала к Кийту, и слезы ручьями хлынули у нее из глаз. Девушка обхватила сильные плечи сёрчера и крепко прижалась к нему всем телом.
В этот момент прозвучал ровный голос Таррейтала. Почти исчезнув в темном коридоре, он обернулся и сказал:
— Мы уходим. Но вы остаетесь здесь. Я закрываю дверь снаружи.
— Что же с нами будет? — взревел Джиро. — Прах меня побери! Что ты такое говоришь! Что будет с нами?
Пару секунд Таррейтал смотрел на них, переводя взгляд с одного на другого. Затем улыбнулся очень доброжелательно, так, как он еще никогда не улыбался, и ласково сказал:
— Что с вам будет? Вы все умрете!
— Я разорву тебя на части, клянусь светлым ликом Троицы!
Чернокожий гигант схватился за оружие, но рука его окаменела, и он не смог даже вытащить кинжал из ножен.
Лиа-Лла отпрянула назад от ужаса, с мольбой пронзая взглядом окаменевшего Кийта.
— Сделай что-нибудь, Хрипун… — простонала девушка со слезами в голосе. — Спаси нас…
Ни друзья, ни враги даже не подозревали, что в этот момент его уже нет рядом с ними.
Сознание Кийта в противоборстве с ментальной мощью Таррейтала объединило все возможные энергетические потоки. Но он сразу почувствовал, что его собственных сил отчаянно не хватает!