Каждый, кто хотя бы раз видел Стабба, согласился бы с мнением друзей. Лицо охранника покрывала не кожа, а какая-то серая чешуя. Да и нос, как таковой, почти отсутствовал, — вместо него на лице можно было различить только две глубокие дыры, постоянно окруженные влажными ободами мерзкой пенистой слизи.
Наконец глухо звякнул запор, дверь полностью отворилась, и возникла мощная фигура охранника. На его поясе висел грозный кистень, отрезок массивной цепи, на концах которой крепились два чугунных ядра с шипами.
Он в совершенстве владел своим любимым оружием. Стремительно раскручиваясь в воздухе, оба шипастых шара могли разметать сразу нескольких противников, с легкостью раздробив им головы. А цепь, сомкнутая вокруг горла наподобие петли, позволяла за считанные мгновения удушить самого мощного врага.
Мутные крупные глаза, глубоко сидевшие под бугорчатыми надбровьями, подозрительно и недоброжелательно впились в поздних гостей.
— Господин разрешил Стаббу открыть дверь, — с ненавистью прорычал сторож. — Можно зайти.
Но когда сёрчеры двинулись вперед, он преградил дорогу, занимая почти весь проем.
— Пусть идет только один! Второй должен стоять внизу. Так приказал Стаббу хозяин.
— Да ты что! — возмутился Джиро, скрестив на груди мощные руки и двигаясь вперед. — Прах меня побери! Что это за ерунда!
Но Кийт решил, что не нужно спорить, и повернулся к другу, понизив голос:
— Подожди меня здесь. Мне все равно нужно поговорить наедине с этим толстым хитрецом-хозяином.
Оставив чернокожего гиганта около входа, он подхватил на плечи две сумки и зашел внутрь. Большого удовольствия это не принесло, так как пришлось подниматься вверх, по темной винтовой лестнице, вслед за охранником, вдыхая все мерзкие запахи, исходящие от его тела.
К удивлению Кийта, только его собственные каблуки громко стучали в тишине; только его шаги отдавались гулким эхом в длинном пустом коридоре, а грузный Стабб передвигался по дому почти бесшумно, какой-то звериной, пружинистой походкой, хотя и был обут в прочные сапоги с тяжелыми подошвами.
Когда они оказались перед высокой деревянной дверью, охранник стукнул три раза костяшками огромного кулака. Изнутри послышался голос, тогда Стабб потянул на себя ручку и мотнул чешуйчатой головой:
— Заходи. Господин ждет тебя.
Переступив через порог, Кийт увидел грузную фигуру торговца, который стоял прямо посреди просторной, тускло освещенной комнаты. Изрядный живот Беддея выпирал из-под черной кожаной куртки, сверху донизу украшенной крупными сверкающими кольцами.
Одно точно такое же кольцо виднелось в его правом ухе, заметно оттягивая мясистую мочку.
Хозяину лавки было уже лет под пятьдесят. Он занимался торговлей давно и довольно успешно. Кийт не раз слышал, что во времена своей молодости этот делец при случае не гнушался ничем, не отказываясь даже от работорговли.
Про него шутили, что он вполне способен продать собственную мать, чтобы получить ощутимую прибыль.
Потом он остепенился и стал солидным купцом. Хотя с первого взгляда было понятно, насколько это циничный, прожженный делец.
Несмотря на то, что сейчас на его губах блуждала приветливая улыбка, Кийт знал, что торговец может улыбаться и совсем по-другому, как жестокий проголодавшийся хищник, столкнувшийся лицом к лицу со своей жертвой…
Тем не менее, он оставался самым надежным человеком из тех, кого Хрипун знал в Ниане. С ним можно было иметь дело. Кийт доверял ему самые ценные экземпляры, самые интересные вещи, которые удавалось привозить из Забытых городов, прятавшихся в дремучих уголках Республики Метс и Атвианского Союза.
— Приветствую тебя, старина, — прохрипел Кийт, перешагнув порог. — Давно не виделись.
Он сдернул с плеч увесистые походные сумки и бросил к ногам, краем глаза наблюдая за реакцией торговца. Было заметно, что купец, точно так же, как и охранник, в первое мгновение не признал позднего гостя.
Со смуглого лица Беддея от неожиданности слетела обычная гримаса.
— Как поживаешь? — вынужден был повторить Кийт.
— Постой, постой… ты думаешь, мы раньше встречались? — удивился купец, невольно бросив испуганный взгляд по направлению двери, за которой стоял охранник.
— Конечно. Я не раз приносил тебе вещи из походов.
— Ты уверен?
Торговцу пришлось даже поднять со стола круглый светильник, чтобы пристально взглянуть на своего неожиданного вечернего посетителя. Только тогда, когда круг желтого света упал на лицо Кийта, он с облегчением сказал:
— А, это ты, неутомимый бродяга! Что с тобой случилось? Кто это так разукрасил тебя?