Кембрийская Империя – это большая страна, где царят упадок и беззаконие. Ее населяют сплошь милитаристы, воинственные племена и мелкие семейные феоды, и все они вечно выясняют между собой отношения. Но несмотря ни на какие междоусобицы, все кембрийцы по гроб жизни преданы императору Тарву, который живет в роскошном дворце в сердце истерзанной войной по последнему писку моды и живописно разрушенной столице государства – Кембрианополисе.
Империя занимает всю территорию бывшего Среднего Уэльса, являясь таким образом одним из крупнейших государств Несоединенных Королевств, однако население страны относительно немногочисленно (собственно, ввиду все тех же войн). Приезжают сюда в основном ради красивых пейзажей и охоты в Пустой Четвертине. Пустой Четвертиной зовутся бывшие Драконьи Земли: территория площадью в тысячу двести квадратных миль благополучно перешла в руки Кембрийского Фонда Дикой Природы полвека назад после смерти хозяйничавшего там дракона. Многие недоумевали, как это император Тарв вдруг организовал что-то адекватное, но вспышки безумия у него не поддавались логике. То он заявляет, что приобрел стадо в тысячу слонов-убийц, чтобы растоптать в пух и прах все Несоединенные Королевства, и клянется всеми правдами и неправдами подорвать внутренний рынок йогуртов, импортируя дешевые аналоги из-за границы, то, с другой стороны, учреждает лучшую среди всех Королевств Национальную Программу Здоровья заодно с социальной программой по защите детей, позволяющей молодым матерям вместе с мужьями заниматься мародерством, грабежом и киднеппингом.
– Тут сказано, что экстремальный туризм обеспечивает наибольший приток иностранного капитала в стране, – сказал Перкинс, листая «Как насладиться очарованием Кембрийской Империи и не умереть». – Здесь ищут острых ощущений и приключений, иногда расплачиваясь за это собственной жизнью.
– Целая очередь за острыми ощущениями, – кивнула я на густой поток жаждущих пересечь границу.
– Для кого-то это приключение станет последним, – заметил Перкинс. – Пишут, что туристическая смертность не падала ниже восемнадцати процентов уже девяносто лет.
Я еще раз окинула взглядом шеренгу туристов. Восемнадцать человек из каждой сотни не вернутся домой.
– А мой папа продал императору Тарву опцион на руку моей первой дочери для брака с его сыном, – рассеянно вставила принцесса.
– У тебя нет детей, – заметил Перкинс. – У императора, кстати, тоже. Как можно сватать сына, которого у него еще нет?
– Это называется «игра на опционной бирже принцесс», – ответила она. – Обычное дело. Вообще третья часть личного дохода императора заработана на рынке брачных предложений. Вот только в прошлом году на пятьдесят тысяч мула он купил опцион на руку моей второй дочери, если у меня будет вторая дочь, для брака с его сыном, если у него будет сын. Его сын может отказаться от опциона, а может реализовать его. Тогда это обойдется ему еще в миллион мула сверху. Все кругом в плюсе – и мы, и королевская казна. Так что император Тарв делает выгодный вклад в будущее своего внука по смешным расценкам, сохраняя за собой полное право воспользоваться опционом как товаром и найти на него другого покупателя. Если у меня и вправду родится вторая дочь, опцион резко подскочит в цене, а уж если она вырастет умницей и красавицей, Тарв может получить прямо-таки сказочную прибыль от продажи. С другой стороны, вырасти она страшненькой долдонкой, опцион практически обесценится.
– Так вот он какой, опционный рынок, – протянул Перкинс. – А я-то думал, это сложно.
Я сказала:
– Так вот почему у королев всегда столько детей? Для подкрепления опционов?
– Именно, – подтвердила принцесса. – В Шропшире, например, строительство всех автомагистралей страны профинансировано доходами по опционам с двадцати девяти детей короля.
Повисла пауза. Перкинс робко спросил:
– А ты, случайно, ничего не знаешь про облигации с залоговым обеспечением?
– А то, – ответила принцесса, явно чувствуя себя в разговоре о запутанных финансовых транзакциях как рыба в воде. – Главное понимать, что бездоходные финансовые инструменты могут продаваться, чтобы компенсировать…
К счастью, в этот момент таможня Кембрийской Империи отпустила грузовую фуру компании «Скайбус Аэронавтик», подошла наша очередь, и лекция по экономике нас миновала.