Я нахмурилась.
– «Скайбусовское» производство под горой? – спросила я, пораскинув мозгами.
Габби кивнул.
– Что там производят? И почему приезжающие пустые грузовики тяжелее, чем выезжающие?
– Потому что… иначе никак.
Я уставилась на Габби, пытаясь разгадать его ответ. Мы уже успели вернуться обратно к костяной лестнице. Несколько шагов – и облако снова спрячет это место от посторонних глаз. Я дотронулась до одной из костей левиафана и соскребла пару крошек. Я разжала пальцы, и вещество стало подниматься вверх.
– Шандар занимается отловом облако-левиафанов? – догадалась я.
Габби улыбнулся.
– Никогда не задумывалась, как такие огромные лайнеры держатся в воздухе на таких крошечных крыльях? – спросил он. – Как «Скайбус» выпустил безотказный самолет, который летает вдвое дальше и расходует вдвое меньше топлива? Никогда не задумывалась, почему Шандар зарабатывает столько денег на «Скайбусе» и как Тарв может позволить всем своим подданным бесплатное медицинское обслуживание?
– Так Тарв и Шандар – партнеры?
– Вот именно. Эпопея с экстремальным туризмом со стороны может казаться сложной и затянувшейся шуткой, но без этого Тарв и Шандар не сколотили бы своих заоблачных состояний. Только представь всех этих туристов, посещающих Империю, спасающихся от неминуемой смерти, сотни раз на дню, из года в год.
И тут меня осенило. Ответ все время был у меня прямо под носом. Облако-левиафаны обязаны своим легчайшим весом не магии и не своей уникальной природе. Принц Назиль упоминал об этом как раз незадолго до нашего отправления: левиафанов держит в небе то же самое, что и ковер-самолет.
– Ангельские перья, – еле слышно прошептала я. – Позавчера нас чуть не проглотил левиафан. Они кормятся так каждое утро, всасывая не только букашек и птичек, но и массу ангелов вариации-Х, которые постоянно задействованы в Кембрийской Империи. Переварившись, они позволяют левиафанам стать легче воздуха. Экстремальный туризм делает свое дело. Высокий риск смерти – высокая концентрация ангелов-хранителей.
Я замолчала, посмотрела на Габби, и он кивнул мне.
– Но это еще не все, верно? – спросила я.
– Далеко не все. Избыточно высокая концентрация поглощенных ангельских перьев ведет к излишку, который покидает организм так же, как и все продукты жизнедеятельности. Дроны с фабрики под горой собирают экскременты левиафанов банальными лопатами и затем извлекают оттуда ангельские перья при помощи поставляемых Шандаром чар. Перья потом вывозят на грузовиках компании. Рафинированный материал в индустрии известен как гуанолит. Им начиняют крылья самолетов для облегчения взлета. Вот такая разгадка «скайбусовских» фур.
– И поэтому, – медленно проговорила я, – на выходе грузовики легче, чем на входе.
– Ну конечно. Загрузи двухтонную фуру гуанолитом – и подъемная сила сделает так, что он будет весить не больше гольфмобиля.
Габби позвал меня за собой, и мы спустились вниз по лестнице. Я притихла, переваривая все эти новые сведения. Погрузившись в облако, я ощутила липкую влагу на лице и коже рук, и вот мы уже стояли на черепе левиафана, откуда я начала свое знакомство с этим странным местом.
Я спросила:
– Кто ты такой? Ты знаешь про это место, и ты жив – приходишь и уходишь когда вздумается.
– У меня, скажем так, есть «пропуск на все уровни», – сказал он, посмеиваясь. – Я ведь рассказывал, что собираю данные о вероятности смерти для крупного игрока в сфере управления рисками.
– Это я помню. И, определяя потенциальный фактор риска любого поступка, ты решаешь, куда лучше направить свои ресурсы, чтобы избежать этих рисков.
– В общих чертах, да. Мы спасем жизни… когда их нужно спасать.
– Ты не из страховой компании, да?
– Не совсем. Мы скорее… управляем судьбой. Критически необходимо, чтобы ты – впрочем, это любого человека касается, – не умерла, пока ты не выполнишь свою функцию в МВ.
– МВ?
– В Масштабах Вселенной. Это то, что важнее тебя, важнее меня, и в нем у каждого есть своя роль. Для кого-то что-нибудь простенькое, например, дверь кому-то придержать, помочь советом, а в случае, например, Кертиса, – даже просто дать другим людям выход для негативных эмоций. Ну а иногда это высшее благо: низвергнуть тирана, привести порабощенную нацию к свободе.
– Значит, мое предназначение в МВ у меня еще впереди?
– И у тебя, и у Перкинса.
– Он все-таки сгорит дотла, сражаясь с дронами на обратном пути, да?