Заиграла музыка, началось представление. Мне удалось отвлечься от тревог на некоторое время, наблюдая за выступлением гимнастки Санти и необычным номером Ленара со змеями. Я так залюбовалась, что не обратила внимания, что артисты нарушили порядок номеров, который был оговорен заранее.
— Что происходит? — возмутился Феликс, но никто не среагировал.
Артисты словно не замечали его присутствия. Закончилось выступление, и с арены вернулся полоз. Игнорируя надвигающийся скандал, на сцену пробрался Жером -канатоходец, хотя сейчас было не его время.
Феликс хотел гаркнуть на перебежчика, но, опережая его реакцию, мужчина произнес:
— Это Ленар изменил последовательность номеров.
Морлейн перевел взгляд на бунтаря.
— Кто тебе дал право менять мои решения? Или ты забыл кто здесь главный? — похрамывая, Феликс подошел к змею.
На лице Ленара появилась ироничная улыбка:
— Право? Мне его дало общественное мнение, — глянув за спину, он добавил: — Вяжите их!
Я пискнуть не успела, как на меня накинули веревки. С Феликсом сработали еще быстрей
— как паук оплетает свои жертвы, так связали и его, а в рот засунули кляп, не давая нам позвать на помощь. Да и кто мог услышать? На арене играла громкая музыка, которую разбавлял шум аплодисментов. Нас заволокли в подсобное помещение, заваленное цирковым хламом. Усадили на два стула, прислоненные друг к другу спинками, и крепко к ним привязали. Я с ужасом мычала сквозь кляп, не в силах что -то сделать.
— А ведь я предлагал тебе остаться со мной, Адель, но ты предпочла другую участь. Вот теперь и пожинай плоды своих решений... Или, может, все-таки передумаешь?
Он выдернул кляп из моего рта.
— Мерзавец, отпусти нас немедленно! Что бы ты ни затеял, у тебя не получится стать директором цирка! Демон решает, а не ты!
Улыбка полоза превратилась в звериный оскал:
— Ты ошибавшееся, Адель. Цирк уже мало что решает. Он ослаб, вынужден экономить силы и живет на последнем издыхании. Если сегодняшнее представление пройдет отлично, а мы сделаем все, чтобы так и случилось, он закроет временную петлю. Все, кто выступают на сцене — останутся там. Это будет не привычный нам «Квезаль» с его помпезным размахом и роскошью, но лучше быть артистом небольшого театра, чем подметать дорожки громадной арены во время антракта.
— Цирк не захочет закрывать петлю!
— У него не будет выбора, иначе мы прекратим выступление. И тогда его власти придет конец.
Я недоумевала.
— Если вы знаете, как разорвать петлю и выбраться отсюда, почему не сбежите?
— Зачем? Мы рабы сцены, и только на ней бываем счастливы. Нужно было лишь немного поменять состав выступающих, и в этом нам помог Феликс. Ослабление цирка пошло нам на пользу. К сожалению, не все, кто хотел быть на главной арене, смогли добраться до сегодняшнего дня. Жаль будет с тобой расставаться, Адель. Я так надеялся, что мы сможем поладить. Ты мне действительно нравилась.
— О чем ты? Что вы собираетесь с нами сделать?
— На самом деле — ничего. Когда закроется временная петля, вы останетесь в этой подсобке, и представление пройдет без вашего участия. А значит, для вас не будет места среди артистов и зазывал. Цирк переведет вас в работяги.
— Как ты можешь! Негодяй! — возмутиться его коварству в полном размере не дал кляп, который мне снова сунули в рот.
Ленар манерно поклонился, и заговорщики оставили нас одних, плотно закрыв двери подсобки. Я ерзала на стуле, пытаясь вырваться, но ничего не получалось. Не могла поверить, что все так закончится. Прижатый шантажом цирк закроет временную петлю, а мы с Феликсом превратимся в бездушных рабов? А как же контракт? Неужели теперь это не имеет значения? Цирк настолько ослаб, что готов согласиться на любой шантаж?
Феликс тоже рывками пытался высвободиться, но и у него нечего не выходило. Я была на грани отчаянья — звук аплодисментов, доносившихся до нас, свидетельствовал, что представление прекрасно проходит и без нашего участия.
Вдруг в груде мусора я услышала какой-то шорох. Звук больше насторожил, чем испугал. Страшнее Ленара и демона цирка я пока не никого не встречала, и вряд ли кто-то из них скрывался сейчас под хламом.
Протяжно мяукнув, ко мне подбежал Сахарок. Рыжая морда внимательно рассматривала связанную хозяйку, подошла ближе, оперлась передними лапами о стул и перегрызла веревку. Не верилось, что в своем кошачьем обличье у него такие острые зубы. Я развязала руки и помогла Феликсу.