Южные банды всегда ставили меня в тупик. Они имеют дело с тем же незаконным бизнесом, что и организованные группировки, но редко оказываются впереди. Они тратят слишком много времени на междоусобицы и используют свой собственный товар, стремясь к финансовой независимости. Утверждают, что занимаются этим ради денег, но по-прежнему живут в паршивых квартирах и ездят на автомобилях, которые должны были быть сданы в утиль много лет назад.
Омари едет на запад до самой реки, а затем поворачивает на юг. Здесь очень мало съездов. Кварталы внезапно заканчиваются, поскольку начинается природный парк. За лесным массивом находятся несколько промышленных зданий и пыльный участок, заполненный ржавыми морскими контейнерами.
Он въезжает на участок и останавливается, а я медленно проезжаю мимо, наблюдая, в каком направлении он идёт. Железнодорожная станция, расположенная поблизости, безлюдна, поэтому я паркуюсь рядом со зданием и пересекаю улицу пешком. С ближней к морским контейнерам стороны я слежу за тем, как он направляется к одному из них в конце ряда.
Там больше негде укрыться, поэтому я остаюсь в том месте, где нахожусь, и прислушиваюсь к тому, как он возится с металлической дверью предпоследнего контейнера. Я улавливаю голоса, доносящиеся изнутри, но не могу разобрать слов. Примерно через тридцать минут кто-то выходит из контейнера и бредёт по пыльной земле, закуривая сигарету.
Он находится спиной ко мне, и я не вижу его лица. Но зато мне удаётся рассмотреть засунутую за спину в штаны поверх ярко-оранжевой толстовки рукоятку ругера.
Пригнувшись, осторожно подкрадываюсь к нему сзади. Он играет в телефоне с повисшей между пальцами сигаретой. Протягиваю руки, поднимаюсь за его спиной, обхватываю шею и ломаю её.
Медленно опуская его на землю, выуживаю ругер и рассматриваю его. Он идентичен пропавшему оружию из партии Ринальдо. Мне нужно провести более тщательную проверку, чтобы убедиться, что это один из наших, но мне совершенно всё равно. Это как раз то, что нужно.
Я быстро, но тихо выдвигаюсь в обратном направлении. Прежде чем обнаружат пропажу уже мертвеца, пройдёт несколько минут, так что у меня будет достаточно времени, чтобы выбраться из района. Рядом с железнодорожной станцией, где я припарковался, есть сарай, и мне удаётся найти внутри то, что позже понадобится.
Лопата, лежащая в багажнике «вольво», позволит мне не отходить далеко от дороги.
***
Приведя в действие весь механизм операции, я меняю автомобили и, убедившись, что всё необходимое оборудование перегружено из «вольво» в «камаро», еду в офис Ринальдо и жду.
Сидя на диване в кабинете Ринальдо, я проверяю ругер в сумке с вещами. Он полностью заряжён и готов к работе. На дно сумки я также запихнул клейкую ленту и полиэтиленовые пакеты, но не думаю, что они мне понадобятся. На мне оранжевая футболка, которую я нашёл в магазине сэконд-хэнда.
На протяжении долгих лет я проводил много времени в кабинетах разных психиатров, и у меня довольно хорошее представление, чего от них ожидать. Они наблюдательны, ведь это часть их работы, и мне придётся быть очень осторожным с тем, что именно я говорю и делаю в присутствии Фелисы. Если я совершу неверный шаг или скажу что-нибудь не то, у неё могут возникнуть подозрения. Подозрения выльются в ошибки, а из-за ошибок остаются улики в неправильных местах.
В этот раз я не хочу, чтобы хоть что-нибудь могло вывести на меня.
Мой телефон издаёт негромкий писк, но я его игнорирую. Он снова раздастся ровно через пять минут, точно тогда, когда сработает установленный мной в телефоне таймер.
Я мирно сижу на диване в пустом кабинете, невозмутимый и спокойный. Я расположился на краешке дивана, между пальцами незажжённая сигарета, локти опираются на колени, а сам я смотрю на пол. Попытка выглядеть обессиленным не является такой уж большой проблемой. У меня предостаточно забот.
Немного удачи, и я устраню один из этих источников стресса до наступления ночи.
Покручивая сигарету, игнорирую Ральфа, сидящего, поджав под себя ноги, на столе Ринальдо. Он смотрит на меня, скрестив на груди руки, и фыркает. Мне всё равно. Я не ищу его одобрения.
Дверь открывается, и я поднимаю глаза, притворяясь удивлённым. Спрятав сигарету в карман рубашки, вытираю ладони о джинсы на бёдрах и остаюсь на месте.
– Прости, – бормочу я, – я искал Ринальдо. Он не отвечает на звонки.
– Не нужно извиняться, – вежливо улыбается Фелиса. Она комкает в руке небольшой листок бумаги и засовывает его в карман жакета. Я узнаю его, потому что сам оставил записку в её почтовом ящике. Вообще-то, у меня неплохо получается подделывать почерк Ринальдо.