— Казимир, ты можешь сейчас ко мне подъехать? — срывающимся от волнения голосом спросила Алина.
— Я, в общем, на работе, — попытался отказаться от встречи Казимир.
— Ты мне очень нужен! Мне больше не к кому обратиться. Прошу тебя. Игорь убит.
— Ты где? — тут же уточнил Казимир.
— У родителей, в Серебрянке.
— Через двадцать минут буду. Жди! — отрывисто бросил Казимир, запуская двигатель.
Поземка крутилась в свете фар. Мертвенный свет фонарей озарял ночные улицы. Редкие машины осторожно пробирались по заледеневшим дорогам. Грязные, почерневшие от дневного солнца сугробы по обочинам казались каменными глыбами. По замерзшей от ночного мороза разъезженной колее Казимир пробрался до знакомого подъезда. На восьмом этаже на кухне горел свет. Старенький лифт, скрипя и подрагивая от напряжения, с трудом поднялся и будто облегченно вздохнул, избавляясь от непосильной ноши, когда Казимир вышел на площадку. Дверь распахнулась сразу, едва он прикоснулся к черной кнопке звонка. Как это частенько бывает, квартирка родителей Алины ничуть не изменилась, невзирая на неожиданное богатство, обрушившееся на дочь. Те же потемневшие от времени обои, все та же старая вытертая мебель, ряд тапочек в прихожей. Мама Алины, сжавшая сухонькие ручки в кулачки и прижавшая их к подбородку.
— А у нас Игорька убили! Вот горе какое! — только и смогла сказать женщина.
Алина в вечернем платье, невероятно бледная, стояла за спиной матери, вытянувшись в струнку, молча смотрела на вошедшего Казимира невидящими глазами.
— Аль, объясни, что произошло! — сказал Казимир.
— Идем ко мне, поговорим, — ответила она непривычно тусклым, каким-то бесцветным голосом.
Не раздеваясь, Казимир прошел вслед за Алиной в ее бывшую девичью комнатку. Здесь совершенно ничего не изменилось за прошедшие после замужества шесть лет, словно родители сберегали прежнее жилище дочери на случай, если вдруг она надумает вернуться в отчий дом. Опустившись на узкий диванчик, Алина закрыла лицо руками и вдруг зарыдала. Видимо, последняя ниточка, поддерживающая ее, с приходом старого друга лопнула, и силы окончательно оставили женщину. Сквозь всхлипывания Казимир едва разбирал слова.
— Мы только из ресторана вышли… Очередь… Игорь сразу упал… Голова в куски… Кровь фонтаном… Я — бежать… Такси… Понимаешь… я одна теперь… За что они его?
Минут двадцать Алина рыдала, наконец Казимир, не выдержав, схватил ее за плечи и, резко встряхнув, почти закричал в лицо:
— Прекрати! Ты можешь рассказать толком, что произошло и где?
— Да! — закричала в ответ Алина и в самом деле прекратила плакать. — Мы с Игорем отмечали в «Сторожке» завершение сделки. Представляешь, самая удачная наша операция. Денег загребли кучу. Народу собралось много. Весело было. Игорь даже на столе танцевал. А когда все закончилось, в Игоря на площадке возле входа выпустили очередь из автомата. Я сама только чудом осталась жива. Кажется, женщину, что была рядом с нами, не то ранили, не то убили.
— Ты уверена, что Игорь убит? — спросил Казимир.
— Без сомнений! Я сама видела, как голова разлетелась, как… как арбуз! И тут же женщина закричала! Она стояла рядом с ним. Я задержалась у двери. А в нее попали!
— Стоп, вот с этого момента подробнее! Кто эта женщина и как она оказалась рядом с Игорем?
— Я же тебе говорю! Мы вышли все вместе. Но у меня шуба была не застегнута, а тут порыв ветра, я остановилась, чтобы запахнуться, а Игорь прошел дальше. Я видела, как он поддержал эту женщину под локоть, а через секунду… выстрелы.
— Выходит, стрелок мог подумать, что она — это ты?
— Наверное. Ты хочешь сказать…
— Да, если вас и заказали, то обоих. Бизнес у вас как оформлен?
— В основном на меня, а что? Игорь фактически занимался делами, а я ему помогала, внешне было наоборот. Я выступала ширмой. Выходит, кто-то знал?
— Можешь не сомневаться. Тебе нужно уезжать. Причем немедленно. Деньги у тебя есть?
— Немного, в сумочке, там тысяч тридцать или пятьдесят. Что осталось после отмечаловки. А что?
— Надеюсь, долларов?
— Конечно! Не с деревянными же в ресторан идти!
— Молодец, Алька! Два года назад для тебя тридцать тысяч наших были колоссальной суммой. А теперь ты с собой в сумочке на мелкие расходы носишь столько, сколько я за три года не заработаю. Основной капитал, надеюсь, не в стране?
— Разумеется! Все на Кипре.
— Значит, туда тебе и ехать. Прощайся с родителями, пару лет ты их не увидишь. Ты не отчаивайся. Это не навсегда. Но выезжать нужно немедленно.
— Ты думаешь, в аэропорт?