— А это зачем? Ты собрался взрывать задержанного? — он почти коснулся пальцем голубой нити.
— Или нападающих. Это подстраховка. Нас уже один раз атаковали сегодня. Мы конечно отбились, но я решил, что если вдруг эти безумцы решатся снова идти на штурм, то взрыв заложника может стать им хорошим сюрпризом, — инквизитор бесшабашно улыбнулся.
— Слушают? — одними губами спросил Сергей Петрович.
— Только здесь, — так же бесшумно ответил инквизитор.
Александр разомкнул сложное заклятье, и они зашли в импровизированную камеру к Ярославу Деридубу. Под потолком тлела слабая лампочка, которая не только не разгоняла тьму подвала, казалось, она делала ее гуще. Ярослав сидел с закрытыми глазами на сложенных мешках цемента, опираясь на внешнюю кирпичную стену. Он был в той же одежде, только запыленной и слегка потрепанной, рукав пиджака был частично оторван. По лицу оборотника скатывались крупные бисеринки пота, губы то и дело растягивались в жуткой неестественной улыбке. Какой пот? Сергей Петрович поежился, в подвале было, мягко говоря, зябко.
— Привет Ярослав! Как дела? — радостно проговорил инквизитор, он улыбнулся оборотнику, как лучшему другу. — Ну что, подумал над своим поведением? — Ярослав остался безучастно сидеть в той же позе, даже не открыл глаз при их появлении. — Всё, я понял твою позицию. Тогда у меня только одно решение — казнь! Сейчас мы пришли сюда вдвоем, чтобы зафиксировать, что эта мера была вынужденной, — инквизитор махнул рукой Сергею Петровичу, чтобы тот подыгрывал.
Что хотел от него Александр тот не понимал. Ни во время ужина, ни раньше инквизитор ни словом не обмолвился, что в подвале его ждет такой сюрприз. Тогда Сергей Петрович решил, что Александру нужны его естественные реакции.
— Прям сразу казнь? Может, перенесем допрос в инквизицию, мне изначально не очень понравилось твое решение выехать куда-то в глушь, — каждое слово Сергея Петровича инквизитор сопровождал, одобрительными кивками и махал руками, поторапливая его. — Я тут подумал: сейчас же заберу задержанного, и мы поедем в город! — при этих словах инквизитор закатил глаза от восторга.
— Ну уж нет! — противореча жестам со злостью проговорил инквизитор.
Потом внезапно он активировал какое-то из заклятий, навешенных по периметру камеры. Закапсулированные заклинания с грохотом лопались, превращая стены в одну сплошную хлопушку. Инквизитор подошел к Ярославу и надел ему на шею кулон. Едва розовый кварц соприкоснулся с кожей оборотника, как повелительным движением руки, Александр остановил шум в подвале.
— Кто не со мной, тот против меня! — пафосно закричал он. А потом приоткрыл свой тщательно сдерживаемый дар.
Разрушением прижало даже Сергея Петровича. Вроде бы и не мог он пользоваться магией без крыльев, но она по прежнему текла по его телу, и при уничтожении заставляла тело судорожно сжиматься. Ангела выворачивало изнутри. Находиться сейчас рядом с инквизитором было физически больно. Про состояние Ярослава даже думать было страшно. Оборотник только жалобно стонал. Александр не спеша спрятал сияние своего дара под крепкую оболочку. Сергей Петрович с уважением на него покосился. Шикарный самоконтроль! Сколько лет находился рядом с инквизитором, тот ни разу не потерял контроль и не выпустил дара. Сергей Петрович увидел Александра в работе и понял, почему тот уже алконост. И почему, кстати, у него нет семьи. Держать такую мощь под контролем очень сложно, сможет ли кто-то выжить рядом с ним, если что-то пойдет не так?!
— Всё, представление закончено. Сейчас подъедут ребята, поедем на задержание, — инквизитор присел на мешки и устало прикрыл глаза.
— А ты мне ничего сказать не хочешь? — внезапно своим голосом сказал Сергей Петрович. Магия, которая позволила им поменяться личностями, развеялась, не выдержав напора разрушителя. Он с обидой глянул на Александра. — Возвращаемся каждый к своей жизни?
— Жаль, я не хотел заканчивать нашу с тобой игру прямо сейчас, но ситуация грозит выйти из-под контроля, — негромко проговорил инквизитор, а потом глянул на оборотника: — Ярослав, я знаю, что вы пришли в себя. Вставайте и не пытайтесь обернуться, у вас на шее запирающее заклятье. Снять кулон смогу только я, можете передать это своим друзьям.
— Где я, что случилось? — оборотник испуганно оглядывал ободранные стены и земляной пол подвала. Наконец, он поднял взгляд и в полумраке узнал губернатора, — Сергей Петрович, вы? Скажите, что происходит? — оборотник умоляюще потянул руки, потом перевел взгляд на сидящего и стал с ужасом рассматривать инквизитора. — Мне не приснилось. Я, правда, в Инквизиции?