— Ну как это понимать? С какой стати к нам врываются, как к преступникам?
— Уважаемая госпожа Деридуб… — начал Александр, но Тамара Ивановна его перебила, обращаясь к Сергею Петровичу:
— Сереженка, а вы тут как оказались? Или теперь губернатор ездит к жителям лично на погромы? — она, как заправская актриса, запрокинула голову и поднесла руку ко лбу.
— Тамара, вы прекрасно знаете, зачем мы явились, — Сергей Петрович раздраженно подошел к основанию лестницы и задрал голову, обращаясь к хозяйке дома. — Где Виктор Степанович? Ваш сын участвовал в нападении на инквизиторов и сейчас задержан. Если вы немедленно не сообщите, где моя дочь, то…
— Я не вмешиваюсь в дела мужа. Дома его нет уже несколько дней, ищите, где хотите. Мы не должны отвечать за все те глупости, которые Виктор устроил. Он дочь мне сгубил, сына заставил участвовать в своих темных делишках, — Тамара Ивановна после каждой фразы заламывала руки. — Он сгубил вашу дочь, так же как и моих детей! — здесь она даже вскрикнула и закатила глаза.
— Хватит! — Александр понемногу начал освобождал свой дар.
Сергея Петровича привычно скрутило болью, выворачивающей суставы. Тамара завыла на одной ноте. Да, дар разрушения не самое приятное, что он испытывал в своей жизни, но Сергей Петрович переносил его намного легче в теперешнем своем безмагичном состоянии. Постепенно он абстрагировался от неприятных ощущений и стал с удивлением рассматривать странные превращения в холле. Многие старинные картины внезапно побледнели и превратились в покореженные картинки, статуи исчезли с постаментов. Мини филиал музея скудел на глазах.
— Тамара, как долго вы принимаете драконью пыль? — спокойный голос инквизитора заставил Сергея Петровича тут же задрать голову к площадке второго этажа.
На месте царицы Тамары, стояла отвратительная старуха. Темно-синий пеньюар тряпкой висел на скелетике обтянутом кожей, километровые морщины бороздили лицо женщины, превращая в уродливую маску. Тамара зарычала, обнажая провалы десен, кое-где разбавленные одинокими зубами.
Сергей Петрович от отвращения прикрыл глаза. Смотреть на оборотницу-наркоманку было неприятно.
— Что морду воротишь? — прошамкала незнакомым голосом Тамара. — Думаешь, я себе нравлюсь? — женщина зашлась лающим смехом и тут же закашлялась.
— Хватит представлений! Вы немедленно сообщаете нам, где ваш муж!
— А то что, убьешь меня? Так я сама рада сдохнуть! — Тамара снова закатилась смехом, пополам с кашлем. — И твой выродок сдохнет! — неожиданно ясные ледяные голубые глаза Тамары не отрывались от голубых глаз Сергея Петровича, доводя того до паники.
Тем временем инквизиторы поднялись на площадку к Тамаре Ивановне, одели ей ограничивающие наручники и стали спускаться.
— Взять этих тварей! Выходите, трусы! Я прокляну вас, как ваша королева! — Тамара визжала и бесновалась, пытаясь заставить членов рода вступиться за нее.
Постепенно холл заполнялся оборотниками. Инквизиторы встали полукругом возле лестницы, организуя оборонительную линию. Однако оборотники не превращались и никак по-другому не выражали агрессии. Наконец, молодой мужчина вышел вперед.
— Мы не хотим никакой войны и не собираемся ни с кем драться. Во всех незаконных делах нас заставлял участвовать Ярослав, — говорил мужчина, обращаясь к Александру.
— Трусливая тварь! Бегал за Яриком, в рот заглядывал, а как нужно вступиться за него, сразу в кусты! Предатели! Я проклинаю вас, проклинаю! — десятки фиолетовых молний вдруг заблестели в воздухе. Оборотники зашумели, и прыснули в разные стороны. Александр равнодушно смотрел, как они мечутся по холлу, выскакивают на улицу, убегают в глубину дома, а молнии преследуют и настигают их.
— Может, поможете? А то как-то нехорошо получается, — Сергей Петрович подошел к Александру ближе.
— Нет, они сами заслужили. Многих я узнал, они ошивались в офисе Крушиева. Тот смельчак, который сейчас выступил от всего рода, очень даже добровольно и даже со скандалом пытался попасть к Дмитрию в помощники. Они все замараны по самые уши в происходящем дермеце. И потом на протяжении некоторого времени кто-то же продавал предметы искусства и покупал Тамаре наркотики. Сама она вряд ли смогла бы это делать. Поверь, это не только законно, а еще очень и очень не просто. — Александр подозвал командира боевиков: — Всех изловить и на допросы в Инквизицию. Тамару в тюрьму, проследите, чтобы поставили капельницу с живой водой, через пару часов она нужна мне вменяемая и лояльная.