Нет, я стал более миролюбивым, так что никого в казарме не убил, сначала «подавителем» отработал, потом, проникнув внутрь, ремонтник отрезал пламенной горелкой всем троим, что меня избивали, руки чуть выше кистей. Плазма и прижгла раны. Видите, я само всепрощение. Могут жить дальше. Как сумеют. Всё это не просто было, в казарму то заходили, то выходили, дроны отдельное крыло облучили, и там работали, так что не сразу обнаружили калечных и других бойцов, что не пострадали, но были странно не пробуждаемы. Со следователем другое дело. Тот имел отдельную квартиру, двухкомнатную, вполне себе семьянин. Облучили дроны его квартиру, и вынесли следака, забрав из супружеского ложа. Во дворе на грудь аптечку, и та вскоре привела его в сознание, так что через динамики боевика тихо допросил. Не хотел поднимать жильцов дома, и ему орать не дал, ремонтник чуть прижал горло, наступая, но тихо шептать тот мог. Некий комиссар госбезопасности решил меня в камерах сгноить, вот своего человека и задействовал. А второй из напавших на меня, его сыночек. Как всё интересно повернулось. Одно за другим вытягивало. Тот сейчас активно работал, чтобы реабилитировать сына, история без последствий для его карьеры вышла, ну и со мной поквитаться. Те такое не один десяток раз обделывали и были уверены в результате. Заступиться-то за меня некому. Интересная история, какая ниточка потянулась. Ещё вызывали меня, оказывается, и через в Генштаб, не успел приказ получить, рапорты мои прибыли, вопросы возникли, но пока добирался, надобность отпала. А там дальше вот и завертелось.
Следака я убил, кляп в рот, и с него живого была снята кожа. Ремонтник работал, точнее, я управлял через планшет, делая это. Соседи под действием станнера, время есть, вот и работал спокойно. Сняв кожу, повесил тело на проводе, снял, что были натянуты для белья во дворе. На фонарном столбе висел, покачиваясь. А дроны прочь рванули. Где больница, куда определили тех двоих, выяснил у следака. Славец ещё и в тюремной больничке, задержан, следствие ведётся. Подумав, решил его не трогать, тот сам себя наказал, если по лёгкому проскочит, тогда найду его, а вот дружка его, сына генерала, или комиссара, это одно и то же, убил. Да просто голову отрезал и на грудь поставил, очень мне не понравилось, как меня обрабатывали в кабинете у следака. Мстить надо всегда. И убирать причины раздора. Генерала напоследок оставил. Его адрес тоже следак сообщил, пришлось поискать, пока не нашёл нужную квартиру, так же легко вскрыл её, и поработал с генералом. Тоже отрезал голову. Он, кстати, один в квартире находился. Четыре часа всё заняло, скоро соседи очнутся, поэтому помыл ремонтника от крови в ванной генерала ГБ и угнал их с разведчиком в соседний квартал, заняли те пустую квартиру, судя по пыли, тут давно никого не было. И всё на этом. Хотя нет, не всё, с разведчиком поработал, пусть отслеживает всё по Славцу. Да, и моя машина, что осталась стоять припаркованной у гостиницы. Это моя машина, грабить себя не позволю. Хотите такую, сами у немцев уводите. Так что будем приглядывать.
Вот так, устроившись на нарах, свою жажду мести затушил. Хорошо, хотя тело всё ещё болело от каждого движения, но я был доволен. Понятно, что начнут расследовать все эти случаи в отдельности, и всё приведёт ко мне. И тупой догадается, что это взаимосвязано, и всё это жу-жу неспроста. Правда, я в камере, что мне предъявишь? Будем ждать. Кстати, месть проходила в ночь с двадцатого на двадцать первое июля. Сутки меня не трогали, а днём двадцать второго конвойный пришёл и велел с вещами на выход. Какие вещи? Шинель только. И то не моя, а полковника, из соседей. В карты мне проиграл. Вообще, стоило бы оставить её, в камере не сказать, что тепло, а одеял нет, грелись, прижимаясь друг к другу. Тем более на нарах места мало, а камера полна, лежать только на боку можно, шинель всё равно тут в тему. Непонятно, как пронёс только. А не оставлял по простой причине, что два полковника, шулеры, решили меня нагреть, сговорившись. Перемигивались, знаки друг другу подавали. Да, они тоже к мясникам-следователям попали, но тут карты, хоть какая-то отдушина. Не думать, что было. Так что фиг им, шулерам, а не шинель.