По прибытию меня не арестовали, да даже не встречали, так что на попутках, свою технику и не доставал, повезло найти машину, что шла в нужную сторону, доехал до столицы, там заселился в гостиницу для командиров Красной Армии, мест мало, но мне нашли койку. Талона же на заселение не имел, хорошо направление в штабе армии выдали, со скрипом, но прошло. Душ посетил, вода чуть тёплая, но помыться хватило. Дальше я начал искать писателя Смирнова. А что, вызова пока нет, дежурного по главному Управлению Красной Армии известил, тот внёс в журнал, где заселился тоже. Потому что мой вызов через их Управление не проходил и тот не в курсе о причинах вызова. В направлении тоже не указано кто меня запросил в столицу. Жаль, дом пуст, тот добровольцем вступил в истребительный батальон, родные сообщили. Решил тогда Симонова поискать, тоже ведь писатель, и вот тут повезло, тот буквально на час домой заскочил, в душе был, проездом через столицу, вот и пообщались. Тот торопился, но о защите Брестской крепости слушал со всем вниманием, перелистывая тетради с воспоминаниями бойцов, моими рапортами. Внимательно изучал фотографии, да я тут снова снимки сделал с экрана планшета, и распечатал, такие самые яркие, как огнемётами работали по казармам, дрон-разведчик всё записал. И видно какое впечатление на него те производили. Мою просьбу написать повесть об этом, встретил вполне серьёзно, и пообещал, изучив тетради, это сделать. Только с собой забирать всё не стал, честно признался, боялся потерять, часть взял, изучит потом остальное, дальше уже решит, что и как делать. Повесть чуть позже, а часть воспоминаний бойцов он в «Известиях» напишет, его как раз туда перевели, тот недавно из Могилёва прибыл. На этом ударили по рукам. Кстати подарил ему «Парабеллум», мол, снял с унтера в крепости, боевой трофей. Тот его принял как драгоценную вещь, к слову тоже оставил дома. Молодец, осторожный. У дома стояла моя машина, обычная чёрная «эмка», предложил подвезти того, и Симонов согласился, подкинул его до здания редакции, где формировалась фронтовая бригада военных корреспондентов, они сегодня отбывали на южный фас обороны.
Я только к гостинице вернулся, припарковал машину и прошёл в холл, как ко мне подскочили двое сотрудников НКВД, заметно на нервах, сразу выразив претензии, какого я шастал непонятно где, а не сижу в номере?! Надо сказать, я слегка разозлился от такого наезда, тем более от молодых лейтенантов госбезопасности, поэтому просто послал их пешим эротическим маршрутом, и хотел было двинуть в столовую, время обеда, халява, тут отличные котлетки, на завтраке попробовал, я решил на сегодня изменить своему правилу питаться своим, пообедать, а тут эти. Поэтому послав наглецов, двинул было в столовую, как те наставили на меня оружие. Это что вообще было? Когда я запинывал мощными ударами сапога, в задницу одного ствол пистолета, «ТТ» не стабильны, взведённые, странно что не выстрелил, меня всё же оттащили свидетели. Трое командиров, один был генерал-майором, и двое сотрудников гостиницы. До второго добраться не успел, с выбитыми зубами лежал у стенки, держась за живот и постанывая. Пугать меня вздумали. Пуганные мы. Чуть позже немного успокоившись, я был задержан нарядом НКВД, у эти имели на руках бумагу с приказом о моём задержании. А свидетели нашего общения с теми двумя неадекватами, кто их довёл только, были, и немало, поэтому как не крути, причиной раздора стал не я, я тут ответил. Оружие те достали зря. Не понятно какая муха их укусила? А муха называлась - Славец. Такая фамилия того предателя, повешенного у озера. И такая же фамилия у одного из лейтенантов. Не совпадение, они братья. Это тот, кто получил анальный подарок из своего личного пистолета.
Мне это объяснил следователь, к которому меня и доставили. Того второго лейтенанта уже допросили, их звания соответствовали армейским капитанам, довольно серьёзные чины для этой службы, но что-то молоды. Именно Славец и инициировал мой вызов столицу, по левому делу командования Западным фронтом. Их там всех к стенке поставят. Те хотели меня принять, в лес вывезти, и предметно пообщаться. Без шумихи, наряд не направляли, всё сами, чтобы я исчез без следов. А это вообще нормально? За брата мне отомстить решил. Я же приказал его повесить, что в рапорте указано было. Понятно с таким чёрным пятном Славец дальше уже служить не сможет, перевели бы куда, вот тот и решил, что успеет отыграться, провёл вызов, дождался, взял дружка, тот не отказал, и дальше знаете, что в гостинице было. Нормальный следак, хорошо поговорили, а тут вдруг меня в другой кабинет, к другому следователю, а тот из мясников, вызвал своих помощников, троих крепких бойцов, и начали работать. Правда аккуратно, рёбра не трогали. Хорошо работали, отделали как отбивную. Я вот пока их не трогал, в одно из хранилищ касанием не убрал. Отнесли в камеру, сам идти не мог, вот там дождавшись ночи, на нарах, я и выпустил обоих дронов, боевика и ремонтника, последний открывал двери, а первый вырубал всех, кто мог засечь, как они подвал Лубянки покидают. Соседей по камере, а была для старшего комсостава, я обработал ручным станнером. Свидетелей нет. Так вот, за оставшийся вечер, пока на нарах лежал, отвернувшись от соседей, тут одеял нет, поработал с планшетом, настроив разведчика на отслеживание нужных лиц. Разведчика я в небо поднял, сразу как в Москву прибыл. Сначала я засёк сверху как двое из той тройки дуболомов вышли, теперь знаю где они, чуть позже и третьего опознал, и куда как стемнело, сам следак направился. Так что, когда дроны покинули здание, сначала казарма НКВД. Тут меня ещё не знают и не бояться, нужно это исправить.