Эйнар тем временем вернулся ко мне, взял за руку. Так мы и ходили среди гостей сладкой парочкой. Соответственно, я в уборной, он за дверью. Романтика без границ!
К вечеру после застолья и фейерверков, пьяных слёз магистра Ульриха и громких слов о судьбоносной встрече, я уже на ногах не стояла. Хотелось обратиться к мужу с просьбой свалить уже отсюда, но я не знала, как к нему можно обращаться. «Мой муж»? «Милорд»? Просто по имени? Из-за всех этих тонкостей я в конец измучилась, поэтому без предисловий тихо спросила:
- Мы можем уйти?
- Вы устали?
- Не то слово, мне очень хочется сесть на пол, а ещё лучше лечь.
- Тогда уходим.
Он потащил меня в сторону лестницы для прислуги. Мы поднялись на второй этаж и никем не замеченные добрались до спальни. Я так понимаю, здесь можно молодожёнам линять со свадьбы по-английски.
- Сейчас придёт Мирра и поможет вам раздеться.
И действительно через несколько минут раздался стук в дверь. Мирра была не одна, с ней пришла женщина средних лет.
- Счастья вам в дом, молодые господа. Я Магда, травница. Леди Соллейя просила вам помочь, - это уже она произнесла конкретно мне.
Мы втроём удалились в ванную комнату, оставив мужчину в спальне. В ванной Мирра с Магдой сняли с меня платье и всю остальную амуницию, и вскоре на мне из одежды осталась только перчатка под браслетом. Мирра, недолго думая, разрезала её ножницами и вытащила по кускам. Я удивилась, что после стольких испытаний свадебное платье осталось белоснежным, как будто его и не надевали. Магия какая-то. Я увидела, что ванна была пустой, но рядом стоял огромный чан с горячей водой и кувшины, и я надеялась, что смогу ополоснуться.
Магда тихонько мне прошептала:
- Госпожа, мне бы посмотреть у вас там.
Где это «там», я сразу сообразила, потому что «там» по ощущениям было не очень. Я легла на кушетку. Магда помыла руки, осмотрела меня, выдохнула и произнесла длинное «та-а-ак». Что-то мне нехорошо стало от её этого «та-а-ак».
- Давайте-ка, госпожа, мы вас обмоем, а потом уже лечить будем.
Я встала ногами в ванну, меня облили водой, намылили, снова облили. Стало немного легче. Магда достала из принесённого с собой саквояжа баночку с вкусно пахнущей мазью.
Через несколько минут я, намазанная, в красивой ночной рубашке из тонкого батиста стояла и расчесывала волосы, а травница давала указания:
- Жёлтой мазью ещё два раза помажешь, завтра утром и днём. А белой мазью будешь мазать каждый вечер, ну перед тем, как… супружеский долг исполнять.
Я обречённо кивнула. Перед тем, так перед тем. Магда продолжала:
- Не пропускай, мажь каждый вечер весь лунный месяц. Только мази помаленьку бери. Кончится, я ещё дам. А мужу твоему скажу, чтобы дал тебе неделю отдыха от супружеских обязанностей.
Я немного расслабилась, хоть неделю можно об этом не думать. Вдруг меня прострелило, я же про «оковы Амайнаны» не спросила.
-Госпожа Магда, а что это за оковы такие, которые нас держат за браслеты? Все в зале были поражены, а я даже не знаю, что это.
Магда сначала замерла, затем схватила меня за руку и впилась глазами в браслет. Мирра к ней присоединилась, склонившись над моим запястьем. Золотая ниточка была прозрачной и еле заметной.
- Это надо же, я вижу оковы Амайнаны. Это же историческое событие! Такое ведь раз в тысячелетие случается. Удивительное дело.
Магда попыталась потрогать ниточку, но нить была однозначно нематериальной, рука проскальзывала сквозь, не задерживаясь.
- Ну надо же, я думала, всё это легенды. Последний раз такие оковы Амайнана наложила на принца Альтара и его невесту тысячу триста лет назад, кстати, предков твоего мужа по матери.
- Понятно, а что они означают?
- Что этот союз навсегда. Да, я ж забыла, ты не здесь выросла и ничего не знаешь. Ты же понимаешь, что бывают династические браки, когда два рода хотят объединиться. Ну или обедневший род хочет поправить своё положение и выдаёт свою дочь в богатую семью. Браки по расчёту случаются не так уж редко. Только если потом кто-то из супругов находит свою любовь, второй, как правило, его отпускает. Здесь же по-другому. Пусть пара и не испытывает чувств друг к другу, но, если Амайнана наложила оковы, то такой брак не расторгнуть. Это значит, что этот союз судьбоносный. Считается, что он обязательно принесёт изменения в наш мир.
- А прошлый союз этого принца, как его там, что принёс?
- Да ничего хорошего. Войну между Северным и Центральным Квартом, которая унесла почти всё население. Амайнана благословила союз, а правители Центрального Кварта его не признали. Долгая история, я подробностей не помню.
- Понятно, что против богини пойдёт только больной на голову. Я точно не такая. Может без войны обойдёмся.
Мирра мечтательно закатила глаза:
- Ах, Алина, может, у вас родится будущий правитель, который подарит процветание этой стране.
- Будем надеяться на лучшее, хотя, если учесть начало всей этой истории, и как я на алтаре пострадала, ничего хорошего от этого союза не жди.
Усталость накатила с новой силой. Нет, надо спать. Я направилась в спальню, где ждал молодой муж. Магда долго что-то шептала ему на ухо, тот кивал, затем женщины удалились. Завтра вечером праздничный бал. Хоть потанцую. Хотя не факт. Будем ходить по залу с умным видом и кивать гостям. Аддир, мать его, это тебе там не абы что, должность обязывает. Да ещё оковы эти. То есть, если бы мы любили друг друга, то и оков бы не было, и брак бы был не судьбоносный что ли? Голова пухнет. Всю жизнь на поводке проходить. Жесть. Я рухнула в кровать и повернулась на бок. Тем временем из ванной вышел сам Верховный Аддир с распущенными волосами. Ничего себе волосищи ниже пояса! Был бы он поживее что ли, а то как замороженный. Тьфу ты… Не думать, не думать.
- Извините, милорд, а как мне можно к вам обращаться?
- Зовите меня по имени. Это нормально между мужем и женой.
- Понятно. Да, и ещё, мне кажется несправедливым, что вы слышите мои мысли.
- Как только это будет возможным, я сниму эти серьги. Поверьте, я тоже устал от потока вашего сознания. И, кстати, оковы падут не позже, чем через шесть лунных месяцев. Так что поводок этот не на всю жизнь.
- Это радует, - сказала я уже сквозь сон и отрубилась.
Глава 6
Утром я никак не могла встать с постели.
- Алинальдиль, поднимайтесь, вам уже приготовили ванну. Через полтора часа нужно спуститься вниз.
Мой муж уже практически одетый стоял и застёгивал манжеты на рубашке.
- Зовите меня Алина, - вяло пробормотала я и не двинулась с места.
Он подошёл со стороны моей половины кровати, присел на край и нежно провёл пальцами по щеке и шее. Это подействовало бодряще. Я в ужасе от того, что ласки могут продолжиться, сразу проснулась, сползла бочком и бросилась в ванную. Быстро вымылась, помазалась мазью, опасливо поглядывая на дверь, надела висящий на вешалке халат и закрутила полотенце на голове. Когда вернулась в спальню, уже пришла Мирра помочь мне одеться, а Линтон, слуга Эйнара, плёл ему над ушами косички-колоски.
Мирра всплеснула руками.
- Барышня, зачем же вы голову вымыли, волосы высохнуть не успеют. Придётся утюгом гладить.
Вот ещё засада, забыла, что здесь же фена нет! Я состроила виноватую моську.
- Утюги, плойки, Мирра, я на все согласна. Забыла я про волосы.
Весь последующий час меня активно сушили, чесали, вталкивали в платье, всячески наводили красоту. Результат превзошёл все мои ожидания. Цвет лица свежий, глаза блестят, даже губы стали как-то аппетитней.
- Мирра, да ты волшебница!
- Да что вы, барышня!
Мой муж подал голос:
- Мирра, моя жена больше не барышня, называй её миледи.
- Да, милорд, простите.
Девушка опустила глаза и стала суетливо раскладывать косметику и шпильки по шкатулкам. Ох уж этот этикет, она меня даже по имени не может назвать при других. Вот они издержки социального неравенства. А может им тут революцию устроить? «Кто был ничем, тот станет всем». Мой муж дёрнулся и посмотрел на меня почти испуганно. Услышал! Эх, затравлю бедного мужика в конец.