Каждое его прикосновение, каждое слово отзывались в её душе болью и ненавистью, но она всё выдерживала, думая только об одном: этот банкет — очередная ступень на пути к свободе.
Когда вечер завершился, они снова сели в карету и направились домой. Дорога была такой же молчаливой, как и путь туда. Алисия устало смотрела в окно, наслаждаясь прохладой ночи, которая омывала её лицо, принося хотя бы кратковременное облегчение. Она понимала, что банкет прошёл успешно, но никакого облегчения это ей не принесло. Густаво был доволен её поведением, но она чувствовала, как ещё больше увязает в этом тягостном притворстве.
По возвращении в особняк Густаво, не проронив ни слова, первым вышел из кареты, оставив её в полумраке. Алисия, собрав все свои силы, выдохнула и направилась в свои покои, зная, что завтра всё начнётся заново.
Алисия вернулась в свои покои, её тело было напряжено от усталости, и все, чего она сейчас хотела, — это немного покоя. Служанки ещё не успели прийти, чтобы помочь ей снять тяжёлое платье и умыть лицо от следов макияжа. Но вместо этого, она услышала, как дверь тихо скрипнула за её спиной.
Густаво вновь оказался в её комнате. Ее сердце тут же забилось быстрее, как будто предчувствовало, что что-то произойдёт. Ледяная дрожь пробежала по ее спине, словно холодный ветер проник в ее душу. Почему он здесь снова? Неужели банкет не закончился для него? Она собралась с мыслями и спросила, пытаясь сохранить спокойствие: «Ты что-то забыл?»
Вместо ответа Густаво подошёл к ней резко, как хищник, чья добыча уже в капкане. Он без предупреждения коснулся её лица своей тёплой рукой, а затем настойчиво начал целовать. Алисия сразу поняла, чего он хочет, его намерения были слишком очевидны. Всё её тело напряглось, когда он развернул её спиной к себе, а затем решительно расстегнул платье. Ткань соскользнула с её плеч, и она почувствовала, как прохлада комнаты коснулась её кожи. Оставшись без одежды, она ощутила себя уязвимой.
— Я хочу тебя отблагодарить за то, что ты сегодня была послушной и достойно вела себя, — произнёс Густаво, его голос был странно мягок. Алисия тихо усмехнулась, её губы изогнулись в горькой ухмылке. Она отреагировала, стиснув зубы —Ты не поблагодаришь меня этим. Единственный способ отблагодарить - это оставить меня в покое.
Но вместо того чтобы отступить, Густаво уложил её на кровать. Его губы снова нашли её кожу, и хотя в его прикосновениях не было той грубости, к которой Алисия уже привыкла, она не могла избавиться от отвращения, которое разрывалось внутри нее. Она чувствовала, как её тело отзывается на его ласки, несмотря на её нежелание. Она с ужасом осознала, что ее предает её собственная физиология, когда волна мурашек пробежала по всему телу, а внизу все стало влажным.
Густаво вошёл в неё, и на этот раз его движения были удивительно нежными. Ему не хватало обычной жестокости и презрения, которые она так ненавидела в его поведении. Его глаза были закрыты, как будто он представлял что-то или кого-то другого. Возможно, в этот момент он был далеко от неё мыслями, и это только усиливало её внутренний конфликт
Алисия не могла контролировать свои реакции, и первый стон вырвался из её горла против воли. Она знала, что не должна этого чувствовать, что её тело не должно так реагировать на прикосновения мужчины, которого она ненавидит. Но её тело предавало её. С одной стороны, она чувствовала удовольствие от того, что хотя бы сейчас он был с ней нежным.Но с другой стороны, каждый момент был пропитан ощущением неправильности.
Любая ласка, любое прикосновение было чуждым без любви.
Когда всё закончилось, Алисия лежала на кровати, ощущая опустошение и внутренний хаос. Снаружи, возможно, она выглядела спокойной, но внутри всё кричало о том, как несправедлива и жестока её жизнь.
Густаво лежал рядом с Алисией, его тело ещё не успело остыть после близости, и он медленно гладил её руку, чувствуя тепло её кожи. Он посмотрел на неё и сказал с самодовольной ноткой в голосе:
— Я заметил, что тебе стало это нравиться. Ты больше не дрожишь, не плачешь.