Её сердце всё ещё колотилось, но теперь в ней был не страх, а решимость. «Я не буду подчиняться ему», — повторяла она про себя, вдыхая с каждой новой мыслью больше уверенности. Алисия скинула последние остатки платья, оставшись в простой ночной рубашке. Она почувствовала холодный воздух на своей коже и решила, что это не только освежает, но и придаёт сил.
Служанки, когда они войдут, увидят, что её больше не заботит мнение Густаво. Это будет её маленький бунт, её личный шаг к свободе. Она снова взглянула на своё отражение в зеркале и увидела женщину, готовую бороться за свою независимость. Эта мысль укрепила её решимость. Алисия понимала, что если она хочет быть свободной, ей придётся найти способ обойти его контроль, может быть, даже использовать его собственные методы против него.
Алисия сидела на краю своей кровати, глаза её были полны слёз, а в голове царил хаос. Она смотрела на отражение в зеркале: ухоженные волосы, которые только что были собраны в элегантную прическу, теперь растрепаны, как будто она сама бросила вызов своему образу. Её ночная рубашка, легкая и невесомая, обвисала на ней, придавая ей вид поникшего создания. Она чувствовала себя жалкой, как будто сама жизнь высосала из неё все силы.
Внезапно гнев и отчаяние переполнили её, и она встала с кровати, как будто желая избавиться от всего, что напоминало ей о той унизительной утренней сцене. С сердцем, полным ярости, она начала выбрасывать с кровати подушки, сбрасывая их на пол, словно они были олицетворением её страха и боли. Каждый раз, когда она бросала подушку, ей становилось легче, как будто она физически избавлялась от бремени, которое так долго носила в себе.
Она потянулась к одеялу и, не задумываясь, рвала его, пытаясь выплеснуть всю злость и горечь, что накопились внутри. Вокруг неё царил полный беспорядок, и в этот момент ей казалось, что так она отрекается от своей прежней жизни. Она кричала, как будто её голос мог пробить стену отчаяния, заставляя её слышать саму себя.
— Мама! — рыдала она, опускаясь на колени и прижимая лицо к подушкам. — Помоги мне! Вытяни меня из этого ада!
Слёзы текли по её щекам, и каждый крик казался последним. Она чувствовала, как её сердце разрывается от боли, как будто вся её жизнь, вся её надежда и мечты разваливались на куски. Это был не просто крик о помощи — это была её последняя попытка вырваться из тёмного лабиринта, в который её загнал Густаво.
Служанки, услышав её крики, мгновенно ринулись в комнату. Они застали её в полном беспорядке: одеяло, подушки и всевозможные мелочи были разбросаны по полу. Шок и растерянность отразились на их лицах. Они не могли поверить, что это та же самая женщина, которую они готовили к утреннему завтраку.
Алисия сидела на полу среди разорванных простыней и разорванных подушек, тяжело дыша от рыданий, которые сотрясали её тело. Горло саднило от криков, а руки дрожали от напряжения. Её волосы, ещё недавно аккуратно уложенные, теперь были спутаны и разбросаны по плечам. Она больше не могла сдерживать накопленную боль и ярость. Казалось, что все её эмоции, скрытые так долго, вырвались наружу, как буря, которую невозможно было остановить.
Служанки стояли в дверях, не решаясь вмешаться. Они видели её боль, но ничего не могли сделать, ведь они сами боялись Густаво и его вспышек гнева. Алисия заметила их из угла глаза, и её сердце сжалось от безысходности. Её никто не мог защитить, никто не мог помочь. Она была одна в этом доме, словно пленница.
Одна из служанок тихо сказала:
— Госпожа, может быть, стоит позвать кого-то? Может, господина?
Алисия резко подняла голову, её глаза пылали злостью.
— Нет! Не смейте его звать! — её голос дрожал от напряжения, но в нём звучала решимость. — Он... он не поможет. Никто не поможет.
Служанки переглянулись, не зная, что делать. Они привыкли к приказам, но сейчас Алисия была другой — она не была той покорной женщиной, которая всегда делала, как ей велели.
Алисия с трудом поднялась на ноги, её тело ослабело от выплеска эмоций.
Она подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Увидела испачканное от слёз лицо, спутанные волосы. Её руки сжались в кулаки.
— Это конец... или начало, — прошептала она себе.
Служанки стояли в тишине, наблюдая за ней. Они не знали, что будет дальше.
Осколки забвения
— Выйдите, — тихо, но твёрдо сказала она служанкам.
Они растерянно переглянулись, но затем, не сказав ни слова, покинули её покои, оставив Алисию наедине с её мыслями и чувствами. Дверь закрылась с тихим щелчком, и в комнате воцарилась тяжёлая тишина.