Покраснев, хотя я вовсе и не была смущена, я кивнула. — Да, как-то так.
— Тебе нужен Клинтон Брэди, владелец паба «Свист в тумане». Помнишь его?
Я моргнула.
Клинтон владел пабом, когда я была еще маленькой. Он был ровесником моей мамы и получил паб в наследство от отца, когда старик умер от сердечного приступа. Я совсем забыла про него… и про паб.
— Это ветхое местечко еще существует?
— Это ветхое местечко по кирпичику перевезли сюда из Ирландии, — Майкл, все это время слушавший нас, присоединился к разговору, выключив кофемашину. — Прадед Клинтона разобрал его на берегу Ирландии и доставил сюда на грузовом судне. Они отстроили его в точности каким он был на прежнем месте. Пабу не меньше четырех сотен лет, — он выпрямился. — Этот паб старше любого строения в Соединенных Штатах, включая те, которые были здесь еще до прихода колонизаторов.
В его голосе слышалась явная гордость, и я вспомнила, что и сам Майкл Брэннон был ирландцем во втором поколении. Его родители переехали из Ирландии в Уиспер Холлоу, когда были молоды, и, хотя в наши дни это было не так уж необычно, он вел себя так, будто они прибыли на остров Эллис с большой волной на рубеже девятнадцатого века.
— Думаю, мне стоит заглянуть туда и поздороваться с ним. Когда я уезжала, мне еще нельзя было ходить по барам, — хотя меня это не всегда останавливало. Клинтон особо не обращал на нас с Пеггин внимания и не спрашивал документы, потому что мы брали всегда по одному коктейлю. Я сомневалась, что он продал бы нам еще, даже если бы мы попросили.
Майкл закинул тряпку на плечо и поднял взгляд — еще один покупатель вошел в кафе. — Добро пожаловать обратно, Кэррис. Прошу прощения, но мне нужно работать. И тебе тоже, Нелли.
Она показала ему язык и подмигнула мне.
— Он прав. Впереди тяжелое утро. Пара местных компаний приходят по средам на встречи. Одна днем, другая вечером. Нужно убедиться, что у нас хватает булочек и припасов.
Когда она отошла, я взяла кофе и села за столик у окна. Сев, я достала айпад и начала делать заметки о Треворе и Клинтоне и о том, что узнала. Было около десяти тридцати, и мне нужно было закончить с покупками, а потом поехать домой, чтобы начать читать дневник до встречи с Айви. Я взглянула на портящуюся погоду. Похоже, с севера надвигалась буря. Я пила кофе, пытаясь разобраться в том вихре, в который превратилась моя жизнь.
***
Зайдя в «Картерс Маркет», главный продуктовый магазин в городе, и заглянув на Таун Сквер Уиспер Холлоу, где находился мебельный магазин, я поехала домой. Я нашла стеганое одеяло в темно-зеленых и синих тонах, и соответствующие простыни, и купила канцелярские принадлежности, кофейные зерна и кошачий корм, а также запаслась продуктами и мясом. Этого должно было хватить примерно на неделю. В самый последний момент я решила купить головки чеснока. Что-то подсказывало, что они мне пригодятся, хотя мне не особо нравился чеснок. Я вспомнила, что бабушка Лила использовала его для защиты, и я решила, что не помешает развесить немного по кухне.
Я приехала домой к одиннадцати тридцати, разобрала пакеты с продуктами и повесила чеснок на стену, отделяющую кухню от гостиной. Проведя по нему рукой, я прошептала: — Работай как нужно.
Потом я закинула новые простыни в стиральную машину и отнесла одеяло в спальню. Я также отнесла туда чемодан, решив начать раскладывать вещи, как вернусь от Айви. Я собиралась спать сегодня на нормальной кровати, и, если только Айви не собиралась научить меня всему за раз, я подумала, что буду спать с включенным светом.
Мой живот заурчал, и я взглянула на часы. Полдень. Пришло время обеда, и у меня было еще два часа до встречи с Айви. Она жила в десяти минутах ходьбы. Поставив замороженную пиццу в печь, я вновь поразилась, как могла не знать все эти годы, что бабушка по отцовской линии жила буквально в двух шагах от меня.
Пока пицца готовилась, я села за кухонный стол с дневником Лилы и открыла первую страницу. Аккуратным почерком Лилы было написано:
Традиции и история медиумов
Поколение 48: Лила Фэллуотер.
Дочь Мэй Эйджуотер.
Дочь Морриган.
С минуту я смотрела на эту надпись. Если моя мама была сорок девятая в роду, значит, я была… пятидесятой. Когда я начну вести свой дневник, должна ли я учитывать отсутствие Тамилы? И где дневники остальных медиумов моей семьи? И как далеко в прошлое уходят пятьдесят поколений? С десятком вопросов, проносящихся в моей голове, я перевернул страницу и начала путешествие в свою родословную.