Мы медленно спускались. Сначала Брайан светил фонариком перед собой, а потом за собой, дожидаясь меня. И так мы шли вниз, пробираясь через подлесок. Я не привыкла ходить по лесу. Я привыкла к городской жизни, к лабиринтам дорог Сиэтла. И также была не в лучшей форме, чтобы ползать по холмам в темноте. Я решила найти спортзал и завтра же купить абонемент. Пара километров на беговой дорожке не повредят, а только помогут мне быстро убегать от нападающих призраков и ядовитого тумана.
— Не так я хотела проводить вместе время, — сказала я, опираясь на достаточно большую ель, чтобы перевести дыхание.
Брайан засмеялся.
— Я тоже. Не переживай, я не потащу тебя в поход на свидание.
— А тебя по магазинам, если только сам не захочешь… — я прошла особенно опасное место, чуть не упав. Я упала на ближайшее дерево, оно спасло мой нос от столкновения с землей. — Долго еще спускаться? Ущелье не выглядело таким глубоким сверху.
— В магазин пойду только в книжный, и мы почти пришли. Ты как? — он навел на меня фонарик. — У тебя кровь.
Я расцарапала лоб об ствол дерева.
— Ничего страшного. Просто царапина, — в этот момент он отступил в сторону и вытянул руку. Я взялась за неё и через пару шагов оказалась на твердой земле возле ручейка, бегущего по узкому ущелью. Я подняла голову, когда она посветил фонариком вверх. Холм не казался таким высоким, но выглядел круче, чем я думала.
Дух волка принюхался и, через пару метров, остановился и заскулил, указал на землю под кустом. Тот земляной холмик, что мы видели. В животе защекотало, и я внезапно захотела оказаться где угодно, только не здесь, да хоть с Пенелопой. Хоть на битве с Человеком-вороном. Было там что-то, чего я видеть не хотела, и страх острой болью отдавался внутри.
Брайан посмотрел на волка, потом на меня и присел возле холма.
— Нужно было принести лопату, — сказал он. Но дух начал делать вид, что копает, и Брайан щелкнул пальцами. — Ну, конечно. Кэррис, подержи фонарь.
Он отдал мне фонарик и перевоплотился в волка. Я не могла отвести взгляд от белой шерсти. Он был прекрасен как в форме животного, так и человека, и мне захотелось присесть рядом, обнять его и погладить по мягкой шерстке.
Но тут он начал яростно копать землю. Через пару минут он остановился, отойдя назад. Заскулив, он посмотрел на меня, и я заметила беспокойство в его прекрасных глазах. Я направила фонарь в яму, и мое сердце пропустило удар. Кости… закопаны были кости. Брайан раскопал левую руку. Я прошла мимо него, когда он вновь принял двуногую форму, и опустилась на колени возле скелета. Я медленно протянула к нему руку, и вдруг что-то блеснуло.
На безымянном пальце было кольцо. Кольцо из розового золота с бриллиантом в полкарата. Я коснулась металла. Кольцо Эйвери. Это кольцо отец подарил моей матери. Когда сделал предложение. А значит…
— Тамила, — голос мой дрожал. — Ведь это моя мать? — я повернулась к волку. Он завыл, а затем перевоплотился в высокого, гордо стоящего человека Я узнала его по фотографиям, которые показывала бабушку. Эйвери. Волком был Эйвери.
— Ведь вы мой отец? И перевертыш Тамилы… ее возлюбленный.
Он кивнул и с грустью посмотрел на скелет. Я моргнула, и он испарился, а мы с Брайаном остались стоять возле останков моей матери.
* * *
Дальше все было как в тумане. Каким-то образом Брайан смог вывести меня из ущелья и посадить в машину с Пеггин. Он вызвал полицию и велел ждать, пока приедет наряд. Приехала симпатичная латиноамериканка вместе с американцем спортивного телосложения. Я знала их в старшей школе, хотя и не вспомнила имен, пока они не представились. София Кастильо, не удивительно, что я забыла, как ее зовут. Ее второе имя было Лопес. И сержант Фрэнк О'Коннор. Он был на пару лет младше меня.
Мы рассказали им о случившемся. В Уиспер Холлоу не нужно было рассказывать о духах, что я была медиумом или о встрече с Пенелопой. Все знали. Некоторые пытались игнорировать происходящее, но копы прекрасно знали все темные тайны Уиспер Холлоу.
София вызвала подкрепление.
— Значит, ты считаешь, это останки твоей матери?
— Я в этом уверена. Кольцо на ее пальце… моя бабушка, Айви Примроуз, описывала его мне. Она отдала кольцо своему сыну Эйвери, чтобы он сделал маме предложение, — я замолчала, повернувшись к Брайану, вдруг осознав значение сказанного. — Значит, Эйвери тоже мертв. Если его дух привел нас к ней, получается, он тоже умер.