Вдруг мы увидели их: группа светлых, несколько больше нашей, они шли к нам во главе со светлейшим Арахрой. Здесь, так же как и с нашей стороны были лучшие воины.
Там были и мои близкие: мама, Лидия и… Ландор.
Я вдруг почувствовала дрожь и крепко сжала руки Хекса, обнимающие меня, но темный неожиданно ослабил объятья.
— Мне спокойнее, когда я обнимаю тебя, но давай не будем накалять и без того сложную ситуацию, — с этими словами Хекселис взял меня за руку и крепко сжал мою ладонь.
Далее мы ждали в полной тишине. Когда светлые, наконец, приблизилась, они остановились на некотором расстоянии от нас.
Первой молчание нарушила моя мама.
— Иса! Как ты?! С тобой все хорошо? — моя мама очень пристально осматривала меня, казалось, она что-то ищет на моем теле, ее взгляд задержался на платье, словно она пыталась заглянуть под кружева. Неужели она пытается найти следы насилия?
Я даже вздрогнула от собственных мыслей.
— Мама, — обратилась я к ней настолько нежно, насколько могла, — со мной все хорошо. Не беспокойся.
— Хекс, — перебил меня Арахра, — сделай милость, отпусти ее руку! — с ледяной вежливостью попросил светлейший. Сам он лишь мельком взглянул в мое лицо и оглядел с ног до головы.
Темный посмотрел на меня.
— Ничего, мне будет достаточно того, что ты рядом, — чуть слышно шепнула я, чтобы светлые не смогли меня услышать. Хекс прав, пока не стоит подливать масла в огонь.
Услышав эти слова, темнейший отпустил мою руку, но придвинулся ко мне немного ближе.
Я обвела глазами светлых, и только от взгляда одного человека предпочла уклониться.
Лэнд выглядел уставшим, но решительным. Я не могла посмотреть ему в глаза, боясь утонуть в собственном чувстве вины.
Мама и Лидия, обе смотрели на меня с тревогой. Я улыбнулась им, надеясь, что так смогу хоть немого их успокоить.
— Ты поступил непростительно, — твердо и спокойно продолжил Арахра, — ты похитил светлую женщину, заставил ее жить с тобой, держал против воли! — перечислил он.
Хекс выслушал и тоже спокойно ответил.
— Я не похищал ее. Я виноват в том, что обманом вынудил Анису оскорбить меня и вызвать на поединок, — признался открыто. Ни для кого из присутствующих это уже не стало удивлением. — Но ты не хуже меня знаешь, что на поле боя я мог сделать с ней что угодно. То, что я поставил Анисе темную печать, так же не является нарушением каких-то законов. Так что Арахра, не понимаю, в чем ты пытаешься меня обвинить?
— Ты заставил ее стать твоей любовницей! Чертов трус! — вдруг взорвался Лэнд праведным гневом. Его взгляд метал молнии, а руки сжимались в кулаки, но он не делал попыток приблизиться.
Хекс вдруг напрягся, и его взгляд посуровел.
— Арахра, тебе лучше усмирить этого идеального мальчика, иначе никакого разговора не получиться, — со стальными угрожающими нотками проговорил Хекселис. И я вспомнила, каким собранным закрытым и немногословным знала его раньше.
Лэнд и светлейший молча переглянулись, после этого Ландор глубоко вдохнул и постарался успокоиться.
Но тут Арахра сказал то, что я точно не ожидала от него услышать.
— А разве он не прав? — поинтересовался он, прямо глядя на темнейшего.
— Я мог бы ответить на это вопрос сейчас, но лучше подожду, пока он немного успокоится, — с преувеличенной заботой отозвался Хекс, кивнув в сторону моего друга.
Сзади тихо усмехнулся Эрих.
— Так его! Пускай немного помучается!
Кроме Арахры и Хекселиса больше никто не разговаривал и даже не двигался. Я же просто старалась спокойно слушать этот жуткий для меня разговор.
— Нам не требуется твой ответ, чтобы узнать правду, — не согласился светлейший. — Все есть в письме, которое оставила Аниса.
— Да, — подтвердил Хекс, — но не забывайте, письмо написано до того, как Аниса оказалась в моем доме.
— Разве это что-то меняет? — ничуть не удивился светлейший, по его взгляду и голосу было понятно, что он не считает, будто что-то могло измениться.
— Может, и нет, — уклонился от ответа темный.
— Меняет, — вдруг неожиданно для себя, громко сказала я.
И сразу почувствовала, что все взгляды прикованы ко мне. Хекс посмотрел на меня со смесью нежности и беспокойства.
— Аниса, дорогая… — попытался заговорить Арахра.
— Я не собираюсь лгать, — перебила, — в этом письме были мои мысли по поводу неясного будущего в Ардхарате, там были мои страхи. Не более.
— Аниса… почему же ты ничего не рассказала нам? Мы бы нашли способ, как избежать для тебя такой ужасной ловушки! — вмешалась в разговор мама. Ее руки были плотно сцеплены и, казалось, она пытается сдержать слезы.
— Вы бы ничего не смогли сделать. Я решила, что так будет легче, — пояснила спокойно.
Арахра откашлялся.
— Мы несколько отвлеклись. Хекс, ты нарушил многовековое табу. Но ты поступил не просто аморально, женщина, на которую ты покусился — была моей ученицей! Она должна была стать следующей светлейшей. Поэтому своим поступком ты нанес мне личное оскорбление! — громко и четко проговорил Арахра. — Теперь ты понимаешь, в чем тебя обвиняют?
— Твою ученицу? Но ведь ты отказался от нее, разве нет? — со снисходительной улыбкой поинтересовался Хекс.
— Я, как мог, пытался убедить светлый совет не делать этого, — ответил светлейший. — Но не сумел, а то, что она перестала быть моей ученицей, не умаляет ее важности для меня и для всех нас!
— Арахра, а ты беспокоился за нее, или за то, что она могла рассказать мне ваши большие тайны? — вдруг спросил Хекс, и теперь это уже не было насмешкой. Взгляд темнейшего резал не хуже клинка.
— Только вы, темные, можете думать так, — проворчал пораженный светлейший, — мне такие мысли даже в голову не приходили.
— Хорошо, — подтвердил глава Ардхарата.
Слушая Арахру, я поняла, что не так сильна, как думала. Мне было больно слышать его слова, однако сам светлейший иначе истолковал мою закрытую позу и опущенные плечи.
— Я требую, чтобы ты немедленно вернул Анису к светлым, и отказался от всех притязаний на нее! — наконец, озвучил он свои требования. — А нам остается лишь молить великий свет, чтобы она забыла все то, что ты ей сделал.
Это было настолько неожиданно, что я подняла глаза на светлейшего.
— Аниса, солнышко, пожалуйста, не волнуйся! — взмолилась моя мама, а я почти недоуменно перевела на нее взгляд. — Ты ведь жертва этих ужасных обстоятельств! Мы сделаем все, чтобы начать новую жизнь, ты ни в чем не виновата! — моя мама пыталась успокоить меня.
Однако все, что я почувствовала — сильную боль.
Никто из них даже не подумал, что я могла остановить Хекса и не стать его любовницей. Никто из моих близких даже не вообразил себе такое! А эти взгляды… и мама, и Лидия, Арахра, все они смотрели на меня и говорили себе: она не виновата, он ее заставил.
Но по их глазам я видела, что они все рано никогда не забудут, что я была любовницей темнейшего. Так как же они собираются помочь мне забыть?!
Я опустила голову и сильнее сжала себя руками, мне не хотелось плакать, но мое сердце разрывалось.
Память нельзя выключить и, как бы они не любили меня, они не смогут все это забыть. Будут стараться изо всех сил, но эти попытки заранее обречены.
Теперь, даже правда, которую они узнают, вряд ли сможет избавить меня и их от боли.
Это и есть истина. Я уже не смогу найти гармонию со светлыми.
От этого мне стало еще хуже, рушились последние ниточки, связывающие меня с моей прошлой жизнью.
Неужели больше ничего не останется?
— Как долго вы собираетесь мучить ее?! — вдруг почти взревел Хекс, стоящий рядом со мной. Я быстро подняла глаза и увидела, что темнейший в ярости. — Вы даже не заметили, сколько раз своими словами причинили ей боль? — после этих слов, он обхватил меня за талию и крепко прижал к себе, хотя его взгляд был все еще направлен в сторону светлых.
Пока он говорил, я стояла словно в ступоре, но когда ощутила тепло и силу его объятий, мне стало легче. Я вспомнила, что не одна. Ведь я сделала выбор, и Хекс тоже.