Стоя на переносной лесенке, Малори развешивала новогоднюю мишуру в минималистском стиле — прозрачные, переливающиеся всеми цветами радуги стеклянные шарики, похожие на мыльные пузыри.
— Да. Альбан позвонил Коляʹ.
— Не могу поверить! Эта дрянь получила, что хотела, даже раньше, чем я думала!
— Они вместе два или три года, — напомнила Малори примиряющим тоном.
— Но зачем жениться с бухты-барахты? Это безумство, каприз!
— И прекрасный повод устроить праздник.
— Наоборот, это испортит нам все праздники! Жениться тридцатого декабря! Что за нелепость! И я очень удивлюсь, узнав, что это — выдумка Альбана. Куда она так торопится?
Малори спустилась, сложила лестницу и отнесла ее в смежный с торговым залом кабинет. Ведущая в него дверь была спрятана за бархатной занавесью. Стоя посреди бутика, Софи рассеянно смотрела по сторонам. С ивового манекена красивыми фалдами ниспадало белое платье, на столике возлежали серебристые аксессуары, на высоком церковном подсвечнике были искусно намотаны два кашемировых шарфа: один цвета небеленого полотна, второй — серо-стальной… Судя по всему, Малори сделала ставку на монохромность, но декор получился на удивление милым и праздничным.
— Альбан женится! Мы, невестки, должны за него радоваться.
— А я вот и хотела бы радоваться, да не могу!
— Почему?
Всегда доброжелательная и покладистая, Малори посмотрела на Софи. В ее взгляде не было и тени осуждения.
— Мне эта девица надоела хуже горькой редьки! Если спросишь почему, я отвечу — мы не знаем, кто она и откуда. Если ты помнишь, она назвала меня ломакой. А я как раз стояла в соседней комнате. Для меня это был шок! А стоит мне подумать, что она сюсюкает с Жо, ходит к ней каждый день на чай… Ни за что не поверю, что ей так уж нравится компания восьмидесятичетырехлетней старушки! Валентина ловко заговаривает всем зубы, но меня ей не обмануть. Ты на моей стороне, Малори?
— Моя сторона, твоя сторона… Мы давно не дети, Софи.
В бутик вошли двое клиентов. Малори не пошла им навстречу, позволив самостоятельно побродить по залу. Софи, воспользовавшись этим, шепотом продолжила:
— Ну вот скажи, будь ты на ее месте, разве ты не хотела бы устроить свадьбу весной?
—Может, у них есть повод для спешки, — с улыбкой предположила Малори.
Софи смотрела на нее, раскрыв рот от удивления.
—Думаешь, Валентина беременна? — с некоторым напряжением выговорила она. — Она поймала Альбана на ребенка? Это все объясняет!
Не в силах стоять на месте, Софи направилась к одному из прилавков и сделала вид, что рассматривает цепочку из белого золота. Она сама не знала, в чем причина обуявшей ее ярости, и ей нужно было время, чтобы успокоиться. За ее спиной Малори общалась с клиентами. Она, вне всяких сомнений, продаст им немало своих безумно дорогих штучек! Что ж, тем лучше для нее! Но почему ситуация, которая касается всей семьи, ее не волнует?
Невестки… Валентина станет ее невесткой? А ее ребенок — новым маленьким Эсперандье, глядя на которого, придется умиляться и нести всякий вздор? Стоило Софи представить себе Альбана с младенцем на руках, как ее накрыла новая волна злости. Но вообразить, как он надевает на палец Валентине обручальное кольцо, оказалось еще больнее. Стоило влюбляться в эту женщину, чтобы оказаться пойманным в капкан? У Альбана и так масса проблем. Не хватало только стервы, для которой все средства хороши, лишь бы его на себе женить!
Серебристый перезвон японского колокольчика объявил об уходе покупателей. Софи обернулась и увидела, что Малори у кассы раскладывает пачку купюр.
— Люди до сих пор рассчитываются наличными? — удивилась она.
—Лишь бы они покупали… — Малори улыбнулась и беззаботно махнула рукой. — Дела у нас идут хорошо, и я довольна!
Что бы ни случилось, она всегда была довольна. И они с Коля, естественно, постараются побыстрей эти деньги потратить.
— А тебе никогда не хотелось родить ребенка? — без церемоний спросила Софи.
Малори засмеялась своим хрустальным смехом.
— Много лет назад мы решили, что нам рано заводить ребенка, а теперь, похоже, уже поздновато. Коля об этом не заговаривает, а я думаю, что у нас и так полно и радостей и забот. Где взять время еще и на малыша? Пришлось бы искать новую квартиру, менять распорядок дня, по очереди работать в бутике… Нет, я хочу подольше побыть свободной. Мы путешествуем, когда хотим, ходим в кино и рестораны, развлекаемся… Нам хорошо вдвоем.
— Это ваше право, — холодно ответила Софи. — Но это попахивает эгоизмом.
— Вот как? По-твоему, главная цель человечества — сделать так, чтобы люди на земле не перевелись? Я полагаю, нас на этой планете и так слишком много.