— Задавай, прелестница!
— Почему ты не женишься?
— А на ком жениться? Это проблема. В молодости я был, как и Альбан, таким ветреным юношей, немного юбочником, слегка гулякой. А потом… Знаешь, Трувиль нельзя сравнивать с Парижем. Да и такое сокровище, как ты, отыскать не так-то просто!
Он посмотрел ей в глаза, чтобы дать понять — в этой фразе нет даже намека на двусмысленность. Растроганная его добротой, Валентина встала на цыпочки и поцеловала его в щеку.
— Ты прекрасный парень, Давид.
Она вышла на улицу. Давид застыл на мгновение, глядя ей вслед, а потом вздохнул.
* * *Споткнувшись о старый, найденный на крыше кусок брезента, Коля отступил, чтобы оценить результат своей работы.
— Весьма неплохо… Мне нравится этот цвет!
Рукой, в которой все еще был зажат валик, он помахал Альбану, красившему в это время окно.
— Как думаешь, может, мне заняться дизайном квартир?
— Бутик успел тебе надоесть?
— Нет, конечно. Но сейчас большую часть прибыли нам приносит одежда, а в этой области авторитет Малори непререкаем. Мне же больше нравятся элементы декора — аксессуары, обивочные ткани… Представь, мы с Малори даже подумывали открыть второй бутик, и угадай-ка где? В Довиле! Но в курортных городках в межсезонье покупателей будет мало, да и нам с Малори придется надолго расставаться, а это нам не подходит.
— Попугайчики-неразлучники?
— Мы друг другу не надоедаем, — подтвердил Коля радостно. — И по-прежнему влюблены. Надеюсь, у вас с Валентиной будет так же, старик.
Какое-то время братья молча орудовали кисточками и валиками, потом Альбан спросил:
— Ты справился с утренним шоком?
— Честно говоря, меня это здорово встряхнуло. Может, стоит даже сходить к психологу, чтобы окончательно снять с себя эту ношу. Я чувствую себя молодой женой Синей Бороды, которая влезла в запретную комнату!
Альбан обернулся, чтобы посмотреть на брата, веселый тон которого его удивил. Что ж, выходит, Коля умеет ограждать себя от неприятных переживаний. Быть может, немалую роль в этом играет его фантазия. «У него счастливый характер», — часто говаривала о Коля Жозефина. А Жиль на это снисходительно усмехался: «Он повзрослеет». Напугав всю семью отказом продолжить образование, младший из братьев выстроил свою жизнь так, как ему хотелось, и теперь даже самые гнетущие детские воспоминания не могли поставить под сомнение его способность быть счастливым.
— Если завтра ты мне поможешь, — сказал Коля, взбираясь на лестницу, — к приезду Малори мы все закончим. У тебя получится?
— Конечно.
— А как же тысяча дел, которые надо переделать до свадьбы?
— Все идет по плану. Не хватает только невесты. Надеюсь, она скоро вернется.
— Она уже вернулась! — отозвалась Валентина с порога. — И даже позаботилась о том, чтобы купить малярам тортик, а это значит, они ей очень даже небезразличны!
Осторожно шагая по расстеленному на полу брезенту, она подошла к Альбану.
— Ты не стал заклеивать стекла скотчем? — удивилась она.
— А зачем? Это же так интересно — отдирать краску от стекол! — рассмеялся Коля.
Альбан положил кисточку, вытер тряпкой руки и порывистым движением притянул Валентину к себе, обняв ее за шею.
— Ты хотела меня напутать? — шепотом спросил он. — Куда ты ушла? Ненавижу ссоры.
— Я тоже. Я была у Давида в агентстве, и мы говорили о тебе.
— Всегда говорите только о нем! — лукаво заметил Коля. — Малышка Валентина, завтра утром у тебя будет время нам помочь? Мы оставим тебе двери, все же их красить легче.
— Коля, ей нельзя дышать краской! — возмутился Альбан.
— Водоэмульсионная краска не пахнет, и она не токсична. Но если у Валентины есть дела — подготовка к Рождеству или к свадьбе, я пойму.
—Хорошо, завтра утром буду красить дверь.
Валентина посмотрела на Альбана и ослепительно ему улыбнулась.
—Я не сахарная, — заверила она.
Внимательнее осмотрев комнату, женщина присвистнула от восхищения.
— Великолепно!
Выбранная вдохновенным Коля медово-янтарная гамма полностью изменила атмосферу в комнате.
— Жена не пожалеет, что дала тебе выходной, — предрек Альбан.
Топот на лестнице оповестил их о приезде Софи с детьми.
— Разве они должны были приехать сегодня? — удивилась Валентина.
Она подумала о том, что одного торта на всех не хватит. Разумеется, Софи на «Пароходе» у себя дома, но почему ей доставляет такое удовольствие ставить их в неловкое положение, не предупреждая о своем приезде?
— Вау! — воскликнул возникший в дверях Поль. — Можно войти?