— Ваше Высочество! Госпожа! Но как же так? — Касил промокал потное лицо платком. — Это ломает сетку турнира! Люди требуют смертей! Иначе как мы определим победителя?!
— Будь добр, Касил, сначала отдышись, — плавно перебил его принц, с брезгливым интересом разглядывая толпу. — Амира, и правда... Как же ты предлагаешь рассудить бойцов?
Я изящно сложила руки на груди, изображая глубокую задумчивость.
— Все хотят зрелища, Ваше Высочество. И я тоже, — я прищурилась, глядя в его серые глаза. — Но бойцы сегодня слишком хороши, чтобы пускать их в расход в первом же туре. Для праздника отобрали элиту. — Я небрежно махнула веером в сторону арены. — Как насчёт того, чтобы оценить не только их клыки, но и мозги? Хитрость. Контроль.
— Госпожа, но... — взвыл Касил.
— Ну что вы, Касил, — я притворно удивилась, хотя мой ледяной тон был адресован всей ложе. — Забить друг друга до смерти в грязи — это так предсказуемо. Разве вам не интересно посмотреть, как эти хваленые монстры будут выкручиваться в новых условиях? Теперь им нужно не просто выжить, но и вырубить соперника, оставив его в живых. Ювелирная работа. Но, несомненно, последнее слово лишь за вами, мой принц.
На трибунах повисла напряженная тишина. Завсегдатаи боев недовольно кривились. Их не пугали ни раны, ни выпущенные кишки — наоборот, увечья лишь сбивали цену на раба перед аукционом. Теперь же им предлагали смотреть на тактику.
— Хм, — задумчиво протянул Альберон. — А вы как считаете, Учитель?
Эдван, до этого сливавшийся с тенью портьер, сделал бесшумный шаг вперёд. Его белесый взгляд мазнул по мне, прежде чем он обратился к принцу.
— Ваше Высочество, я полностью поддерживаю ваш выбор. А также… — надзиратель запнулся на долю секунды, — выбор будущей королевы.
— Вот как? Раз сам Эдван так говорит... Что же, милорд, поучаствуйте и вы в нашем со звёздочкой споре, — Альберон по-свойски оперся на парапет. — Открою секрет: мне ещё ни разу не удавалось обыграть её в подобных пари.
— У леди Амиры всегда было феноменальное чутье, — натянуто улыбнулся Эдван.
В его глазах плескалось обещание долгой беседы. Вечером от меня потребуют детальных объяснений этому самоуправству.
— Что от меня требуется, Ваше Высочество? — ровно спросил Учитель.
— Сущие пустяки. Выберите своего претендента на победу, — Альберон царственным жестом указал на невольников внизу.
— Если позволите, я ставлю на водного дракона. Пятого по счёту, — учтиво ответил Эдван, потерев острый подбородок.
Я едва заметно хмыкнула. Ожидаемо. Водники славились хладнокровием и гибкостью. Их магия — как глубокий омут: тихая, пока не затянет на дно. Лазурная чешуя раба плавно переходила в темно-синюю броню, а глаза горели холодным светом.
— Мудрый выбор, Учитель. Ваша ставка на контроль и изворотливость достойна уважения, — медовым тоном подметила я.
Эдван едва слышно фыркнул. Мы оба знали, что водник уступает в грубой силе. Окажись на арене тот дикий дракон стужи, которого я недавно заковала в снегах, Учитель поставил бы на него не задумываясь. Но он не любит рисковать, потому водник — самый логичный вариант.
— Верно. Хороший выбор, — кивнул Альберон, принимая ставку. — Разрешишь мне выбрать первым, Амира?
— Как вам будет угодно.
— Как вижу, ты-то уже определилась? — усмехнулся принц. Он лукаво прищурился, сканируя шеренгу гладиаторов. Чёртов позёр. — Я, пожалуй, остановлюсь на огне. Пятнадцатый номер.
Я проследила за его взглядом, и мои губы сами собой растянулись в сардонической улыбке. Яркий, хрестоматийный мясник: огромный, статный, с глазами, в которых полыхало чистое безумие. Его чешуя переливалась от золотистого до бордового. При каждом вдохе между пластинами пробегали обжигающие всполохи.
Обворожительный монстр. Неукротимые, точно пламя. Огненные были известны тем, что сжигали всё на своем пути, включая собственных союзников.
— Впечатляет, не правда ли? — голос принца вывел меня из задумчивости.
— У вас зоркий глаз, — мило улыбнулась я. — Есть ли смысл мне вообще делать ставку? Исход предрешён.