— Этого ты хочешь? — шепчет он, и внизу живота вспыхивает новый огонь. — Хочешь подчинить меня себе? Совсем лишить воли? Ты бы хотела оковать меня, не так ли?
Но я его почти не слышу. Дыхание становится все чаще и прерывистей, и кажется, что я не смогу сказать в ответ ни слова.
Совершенно неожиданно Алтан входит в меня, и я вскрикиваю.
— Тш-ш-ш… — снова звучит шепот, и маг упирается мускулистой рукой в стену. Другая же ложится на мой живот. Он неспешно проводит ею по коже и уходит вниз, заставляя меня уронить голову на его вытянутую руку.
Сердце стучит все быстрее. Движения Алтана становятся резче, и я уже не могу сдержать вырывающиеся звуки. Я слишком близко к пику наслаждения, которое неумолимо нарастает в моем теле.
И вот наконец я вздрагиваю и впиваюсь ногтями в собственные ладони. Волна накрывает, и ноги ослабевают.
Алтан подхватывает меня и укладывает на кровать. И только теперь стягивает одежду, оставляя полностью обнаженной. Но я не могу смущаться, так как все еще пытаюсь прийти в себя и усмирить дыхание.
Тоже раздевшись, он ложится рядом. Его руки накрывают мою грудь и неспешно сминают, заставляя меня тянуться к этому ощущению. Нежность разливается по телу, и я закидываю руку наверх.
Он не закончил.
Я снова легонько вздрагиваю, когда Алтан проводит по пылающей коже между ног и вдруг принимается покрывать поцелуями мой живот. Легкими, невесомыми, но такими сладкими.
Он неспешно изучает мое тело, и мне нравится это ощущение принадлежности ему. Впервые с момента возникновения оков все кажется правильным. Мне не хочется противиться этому чувству, мне хочется изучать Алтана в ответ. Я тянусь к его плечам, но он уводит мою руку наверх и прижимает к кровати. Его взгляд буквально пронзает насквозь, но я не могу понять, что именно там вижу. Он зол на меня? На себя? Трудно разобрать.
Алтан утыкается носом в мою шею так, словно хочет остаться там, словно это действие может уберечь его от всех проблем. Я провожу свободной рукой по его спине и обнимаю. Мне тоже хочется поселиться в этом мгновении и просто наслаждаться долгожданным единением.
Маг снова проникает в меня и начинает настойчиво добиваться удовлетворения. В его действиях мало нежности, зато есть трудно сдерживаемая страсть. Я чувствую ее в прикосновениях, слышу во вздохах, вижу в глазах. И когда я снова изгибаюсь под ним, ведомая поглощающим наслаждением, Алтан вздрагивает с тихим возгласом и заваливается рядом со мной.
Сил почти не осталось, поэтому я закрываю слипающиеся глаза и отправляюсь в манящий сон.
Не знаю, сколько времени проходит до того, как я снова ощущаю прикосновения Алтана. Я лежу на боку, а его руки вольно скользят по моим ягодицам, притягивая к магу.
— У меня совсем нет сил, — бормочу я со слабой улыбкой, когда чувствую его дыхание над самым ухом.
— А тебе и не надо ничего делать, — посылая мурашки по коже, отвечает маг.
Мое тело отзывается, когда Алтан настойчиво касается его, хотя сон все еще не отпускает из своего плена. Они с Алтаном борются за мое внимание, и вскоре у сна не остается никаких шансов.
Утром мы молча собираемся и выходим в общий зал. За завтраком Магнус кладет на стол большую карту, поделенную на квадраты, и указывает на один из них пальцем.
— Тебе сюда. Обычно разбойники находят людей прямо на дороге, но тебе не стоит идти по ней, иначе, окружив тебя, они могут подумать, что ты не стремишься в их ряды, а просто пытаешься выкрутиться.
Алтан кивает, а я с любопытством рассматриваю карту. Она практически идентична нашей, но вместо названий на ней лишь деление на квадраты, а деревень совсем немного — значительно меньше, чем на самом деле. Если местоположения населенных пунктов постоянно меняются, то нет смысла отмечать их, не так ли?
Мужчины продолжают обсуждать дела, но у меня совершенно не получается сосредоточиться — в голове борется слишком много мыслей и воспоминаний. После этой ночи мысль о том, что мне придется отпустить Алтана, приносит еще больше мучений. Чем дольше они говорят, тем сильнее я убеждаюсь в опасности задания. Шпионить. Пираты отправляют Алтана быть доносчиком. Получится — хорошо, не получится — чужака не жалко. Мне хочется схватить его и увести, но я не могу этого сделать. Судьба целой деревни зависит от успеха миссии. Ничего не поделаешь.
Все, что остается, — это наслаждаться последним днем вместе. Я стараюсь это делать, когда мы покидаем пиратов и отправляемся к ближайшей деревне, где Алтан должен оставить меня: пытаюсь не думать о плохом и внушить уверенность в себе Алтану.