— Детские сказки.
— А ты не слишком стара для них? — с хитрецой спрашивает Алтан, и я не могу не улыбнуться в ответ на эту игривую придирку.
— Очень поучительно, между прочим.
Алтан усмехается и тянется к окну. Слегка приоткрыв его, он впускает ароматный ветер, который тут же задувает свечи на тумбочке с его стороны кровати.
— Эй! — возмущаюсь я, но в моем голосе нет недовольства. Разве могу я сердиться, когда так рада его присутствию?
Воздух пахнет осенью. Скоро и сюда придут холода. Деревья уже начали желтеть, и вскоре они отпустят свою листву, засыпая на зиму. Я люблю это время года: краски и особенный запах. Люблю свежесть, что оно приносит, поэтому закрываю глаза и позволяю ветру окутать лицо, а потом полной грудью вдыхаю. Я чувствую, как Алтан куда-то наклоняется, но не спешу возвращаться в реальность. Слишком волшебен этот шум ветра.
Когда я открываю глаза, в комнате темно. Свечи потухли, и дым тонкой струйкой утекает вверх, наполняя воздух запахом воска. Алтан сидит совсем рядом, пристально смотря на меня.
Дыхание перехватывает, но не успеваю я задуматься, как его теплые губы накрывают мои, а руки притягивают к себе, сталкивая наши тела. Жар просыпается внутри, и я обнимаю Алтана за шею. Дикий восторг разрывается в груди, и я сильнее приникаю к любимому мужчине.
Скучал. Он все-таки скучал по мне.
Пусть даже и не любит, пусть это по большей части лишь желание, но я все равно рада, что нужна ему.
В его действиях чувствуется жажда, как у путника, долгими днями бродившего по пустыне. Я ощущаю ее в том, как он зарывается рукой в мои волосы, как целует в основание шеи, вдыхая мой запах, как скользит рукой по груди, ощупывая ее под ночной сорочкой. Как сбрасывает с кровати книгу и опускает меня на перину, вдавливая в мягкие подушки. Как задирает подол моей рубашки, проводя по бедрам, и касается меня между ног. Я выгибаюсь от его ласки и издаю негромкий стон, утопая в наслаждении. Чуть приподнявшись, я стягиваю с него рубаху и припадаю губами к гладкой мускулистой груди. Как же я по нему скучала!.. Кажется, сердце сейчас разорвется от счастья. Пусть эта ночь длится вечно.
҉
С утра снова идет дождь. Мы неспешно собираемся, прощаемся со всеми и встречаем Теуса у дороги. Он стоит, пожевывая травинку, и наблюдает за падающими в лужи каплями дождя. Завидев нас, пират кивает и ловко взбирается на лошадь. Мы следуем его примеру. Я оглядываюсь на деревню, вспоминая проведенный там месяц, а когда снова поворачиваюсь, неожиданно ловлю брошенное мне яблоко. Теус подмигивает мне и кидает яблоко Алтану. Тот ловит фрукт, но глаза его блестят подозрением и даже неким презрением.
— Откупаешься? — приподнимает брови маг.
— Откупаюсь? А есть за что? — усмехается Теус.
— Кажется, я не просил охранника.
— Мы предоставляем наши услуги еще до того, как вы о них попросите, — расплывается в широкой улыбке пират, и Алтан крепче сжимает поводья. Желая снять напряжение, витающее в воздухе, я пришпориваю лошадь и пропускаю ее между конями мужчин.
Мы отправляемся вперед. Обратно к пиратам, которые обеспечат нам проезд на остров. Наконец-то. Сердце замирает от волнения, стоит только подумать об этом.
— Ты целый месяц тут пробыл? — все же продолжается разговор. — Неужели у пиратов не нашлось для тебя более полезного занятия?
— Тебя это так волнует? Боишься, что я уведу у тебя твою пленную девушку? — с вызовом парирует Теус, и я ошеломленно раскрываю рот. Вот это смелость! Точнее, глупость.
— Совсем не боюсь, — невозмутимо отвечает Алтан, и пират равняет лошадей.
— Конечно, не боишься, — прямо смотря собеседнику в глаза, отвечает он. — Потому что знаешь, что ничто не сможет противостоять силе оков. Даже любовь матери к ребенку. Куда уж тут нам, не способным подчинить волю?!
Теус прожигает мага взглядом, и на несколько секунд мне кажется, что Алтан бросится на него. Он сжимает зубы и подается вперед, и я уже готовлюсь встрять, но ничего не происходит.
— Ты прав. Поэтому и тебе бы держаться от меня подальше, — со зловещим обещанием отвечает Алтан.
Это пугает. Я знаю, что он не из тех, кто прикует человека, желая доказать превосходство. Не из тех, кто жесток и упивается властью. Но я также знаю, что Алтан — тот самый человек, который лишил меня прежней жизни. Который отправил девушку на мучительную смерть и создал предателя в ряду разбойников. Он — тот, кто при необходимости пойдет на все.
— Как пожелаете, маг, — отшучивается Теус и пришпоривает коня.
Он умеет переводить даже самые серьезные разговоры в шутку. Пожалуй, считает, что нет смысла усугублять, если не можешь ничего изменить. Теус — тот, кто повидал так много жестокости, что успел захлебнуться ей. Шутки позволяют ему дышать. Алтан другой. Они разные, как день и ночь. Один ответственен, другой беспечен. Один не умеет улыбаться, другой боится грустить. И внутри обоих поломанные личности.